1116—

экзамена, не нрава (шо войти въ залу. Въ этомъ

я оставалс.а до тьхъ иоръ, пока не подощелъ во ввоћ

то профессоръ и не спросилъ: изъ какой вы Я сказалъ. А,

это хороша.а, прибавишь онъ и сваидъ мй, чтобы а шель

ва нимъ. Первый предметъ, изъ котораго мена спрашивии, бымь фран-

языкъ; меня заставили написать строчекъ пать на досВ—а

сдјлалъ три ошибзи въ потомъ перевелъ стрчевъ Ш:ять

инъ Телемака. Эвзамеаъ изъ латинскаго языва, за-

вона Bozia и прочихъ предметовъ не сконфузилъ иена: я получилъ хоро-

miH отм'%тки; но пр*ссоръ математики свазиъ, что я

ничего не знаю и записал нуль, а изъ физики 4; изъ русскаго азым

и словесности я получилъ 5 и сверхъ того профессоръ отозвали, что

въ моемъ не нашелъ ни одной ошибки и что мнсди и слоуь

есть. мягЬ задано было о любви кь отечеству—скохьво помню,

л дмствительво написалъ его хорошо. всего вого матема-

нуль мнј ничего не помзшадъ и какой то изъ благородн±й-

шихъ пр*ссоровъ поздравилъ отца моего, что его сынъ студентк

ПослуЬ обда мы отправились докупать шлицу и

оттрибуты студенческаго 3HHiH и ходили смотржь вонивервъ; мнТ,

зававано было хорошее шатье, нанята ввартира, хотя безъ чаю, но

даны деньги на чай. Настало 30 awycTa—TopzwrBeHBiM авть совер-

шенъ и сентября позвали насъ въ внимать универси-

тетской мудрости. Я вошелъ въ съ К8ЕИМЪ то необысви-

мымъ трепетомъ; вазалось, что профессоръ, который авитса, есть

что то сверхъ естественное; ничуть не бывало: череаъ часа вошелъ

въ толстый челойкъ, довольно большато взошел ва

ваеедру, свиль Йсколько словъ и потомъ начиъ

говорить о и важности историчесвихъ источникахъ,

способахъ и т. п., что мн'ь быдо извјстно изъ разныхъ книгь

еще въ Подтав'Ь. Впрочемъ я слушалъ очевь внимательно и первая лек-

схђдала ва мена BueqaTrbHie—0Ha польстила мюму само-

любјю, ибо и не только мось все понять,. но и зналъ даже вое что

изъ того, что говориль цМессоръ.

Цос.игЬ этой первой деЕ1ји вошелъ другой профессоръ логики

Гринбергъ. Это лицо—весьма дамжательное:. онъ собственно быль лев-

торомъ нгЬмецваго языка, до русски ровно ничего почти не зниъ, но

за профессора Дудровича ему поручили

Hie логики и этики. Этотъ то Гринбергъ ивился кь намъ пос..й иро-

фессора Филомафитскаго. Что овь толковалъ, никто 1Њшительно

не поннлъ, да и онъ самъ, кажется, плохо сознавалъ 3HaqeHie словъ