— 486 —

„й не напишешь даже ни нова. Поздравляю и охаю

всаваго добра, въ чести твоего имени и пользв .

и Университета (воторый все-тави горячо д“ю, не смотря

на его гадости со ивою). Запойдую теб возстановить Обще-

ство Словесности, для вотораго теперь есть иного работни-

ковъ: Буслаевъ, Катвовъ, Ундольсвт, Кубаревъ, Ка-

лачевъ, и пр. Но побереги здоровье. Я не знаю, вавъ ты сира-

вишьса съ nenTBHieM'b публичнымъ вурсомъ, съ Унич-

ситетомъа . На это Шевыревъ отв%чиъ: „ Благодарю

теба за uoupaBjeHie, путь, съ деванствомъ. Помоги Госпоџ

сдьать что-нибудь доброе дла Университета. Хорошо бы тз-

становить Общество, но надобенъ на того впитал. Пев-

T8Hie а додженъ отложить на ври публичнаго вур.

Не возможно этихъ двухъ вести разомъ. И тавъ въ ев-

момъ иногда олова трещить отъ безпрерывной работы“

Но, „отсюдад, свидђтељствуетъ Погодинъ, „начинаютс.а не-

Шевырев по служб и между товарищами. На-

чальство—это была не его сфера. Его сфера были вабиветь,

письменный стогь, oc,.aiA0BHia,

Съ возбужденны.ми нервами усиленныхъ и

разнообразныхъ gazaTi1 онъ Влади, ножен быть, вногда

иди две тяжелымъ, своей высватељ-

ности, требовательности, запальчђвости и невовдерпнноти

на язывъ. Молодежь вмВсто и пошдды

чала ему своею требовательностью и взысительностью. Стоп-

H0BeRia дьыись чаще и чаще“ 316).

LYII.

Кавъ дла Погодина 1844-й, такъ дла Словенофидовъ, и

въ особенности ди КирВевсвихъ и Хомавова, 1846-й годъ

быль однимъ изъ самыхъ тажелыхъ въ жизни. Едва успьи

схоронить Валуева, вакъ скончался Адевс%й Андреевичъ Ела•

гинь, вотчимъ Кифевсвихъ и имъ по духу въ отца