145

«Когда-же одинъ старик,ъ спросилъ: «Для чего-же ты, честной

дьячокъ, за панскимъ столомъ кушаешь и попиваешь за троихъ?»

— «Друуь сердечный, отв'ђчалъ Оома,—если я увТ,щеваю сохра-

нить строгую умЫенность, то разум'Кю время, когда вы садитесь

за столь у се{я дома. Если-же, по водев Господней, случится кому-

либо изъ васъ быть приглашену въ гости... о, тогда можете, даже

обязаны насыщать чрева свои, елико возможно...» (стр. 52, 11).

Въ то время, какъ Анфиза и ея дочери мало-по-малу свыка-

лись съ новымъ образомъ жизни, а паны Иваны безпокоились объ

участи своихъ сыновей, пропавшихъ безъ В'Ьсти, незамеЬтно подо-

шель СМтдый праздникъ. «Веседыя толпы народа обоего пола и

разнаго возраста бродили изъ улицы въ улицу и громкое IAHie

раздавалось по воздуху; на ту пору въ Горбыляхъ за-

порожцы, водд за собой гудочниковъ и цимбалистовъ, тьшиди на-

родъ пляскою, борьбою и кулачными боями...»

На день праздника, передъ об'ћдомъ, Анфиза съ хьтьми

и дьячкомъ Оомою сидфли у оконъ на лавкахъ и «смотоди на

веселящихся» , кань вдругъ услышали топотъ коней и увид'Али оста-

новившуюся у воротъ польскую бричку, а позади ея повозку пана

Харитона. Изъ брички сошли сотникъ Гордей съ эсауломъ, а изъ

кибитки — писецъ и громогласно прочиталъ

войсковой по которому у пана Харитона, «за буйные

и законопротивные поступки, велгЬно отобрать домъ,

съ принадлежашими ему. садами, огородами и полями и отдать во

MaxhHie сотнику Гордею, а жен'Ь и хЬтямъ пана Харитона предо-

ставить право выйти изъ дому въ томъ въ какомъ застиг-

нуты будуть• (стр. 59, 11).

Лнфиза, выслушавъ войсковой поду-

упада на скамью, у забора стоящую... Самъ дьячокъ

Оома, приглаживая волосы, не могъ ничего выдумать и бросалъ

пасмурные взоры то на страждущихъ, то на вучу любопытнато

народа, собравшагося у вороть дома. Но тутъ сквозь толпу про-

брался незнакомый старикъ, въ богатой одежд и ласково преддо-

жиль семыђ фище въ своемъ домеђ, до возвращенћ

Харитона Занозы. Это быль панъ Артамонъ, дддя Ивана Старшаго,

который, въ первомъ томТ, романа, выручилъ изъ мододыхъ

философовъ, посл'Ь въ баштан'Ь.

Два Ивана искренно порадовались своего згћйшаго