146

врата: но ихъ веселье было не продолжительно, потому что вечеромъ

того-же дня сотникъ Гордей вломился въ домъ Ивана Огаршаго

въ сотскихъ и десятскихъ, а кь Ивану Младшему

явился писецъ съ такой-же свитой. Займъ обоимъ Ива-

намъ было объявлено, что «за и.хъ и неистовства, ижига-

тельства, мудрая Войсковая присудила лишить обоихъ

движимаго и недвижимаго и, отобравъ отъ нихъ оное, при-

писать сотенному (стр. 78, 11).

ЗД'Ьсь собственно конецъ романа и его естественная развязка;

но авторъ, по обычаю романистовъ стараго времени, еще находить

необходимымъ, съ нравоучительною фью, довести «позывающихся»

шляхтичей до поднато и наградить всякимъ благополу-

Такимъ образомъ, изобразивъ реальную и виолн'ђ возможную

картину постепеннаго трехъ семействъ отъ додгой тяжбы,

которая повела кь принадлежавшихъ имъ крестьянъ и

разстройству всего хозяйства, онъ сразу хочеть поправить зло, на-

копившееся годами. Чудо это совершается при помощи добро$тель-

наго пана Артамона, который, не довольствуясь широкимъ госте-

какое онъ оказываетъ разоренымъ семействамъ, выку-

паетъ изъ казны все имущество, отнятое у трехъ шляхтичей, при-

водить въ цуьтущее имъ сады и поля,

возобновдяеть постройки и устраиваеть крестьянъ.

Займъ, когда панъ Артомонъ окончательно улждается въ искрен-

немъ трехъ шляхтичей и забыть старую вражду,

то водворяеть ихъ въ прежнихъ подъ «жить

въ миО и помогать другъ другу».

ххуп.

Романь «Два Ивана или страсть кь тяжбамъ», при своемъ по-

въ сйть, вызвадъ подробную въ «СгЬверной Пчель

того-же 1825 года (Х 94). Считаемъ нелишнимъ привести ее такъ

вакъ, съ одной стороны, она наглядно рисуетъ незавидное литера-

турное Н аго, а съ другой—весьма характерна

для тогдашней критики, которая справедливо упрекаеть автора въ

недостаткЬ «образованнаго вкуса»; но, при этомъ, также неразбор-

чива относительно общаго романа, какъ и за четверть

В'Ька тому назадъ.