съ этой стороны русская п%сня, какъ живой остатоњ старины,

ииЬеть интересъ.

Когда челойчество въ сиду законовъ дифферен-

цировалось, дифференцировалась въ свою очередь и пгђсня, но

дифференцирова.лась сперва лишь въ форф лишь въ третьей

наибол±е изм%нчивой части своей—въ медоји, тогда какъ 60-

JI'he постоянныя части, и ритмъ, оставались пока еще

общими.

Эта дифференцировка, вакъ и все въ природгъ, не шла

скачками, а съ правильной, хотя и медленной, постепенностью,

и постепенность эта отразилась въ и дошла до насъ въ

живыхъ звукахъ: въ нашей п'ьсн'ь встр'Ьчаются сход-

ныя съ мелојями птсенъ другихъ народовъ. Но это тојљко въ

самыхъ древнихъ йсняхъ, въ посјЊдующемъ

npi06prbTua все бољше и больше новыхъ, особенныхъ, свой-

ственныхъ на1јональности, черть и въ крайнемъ своемъ есте-

ственномъ русская отлична отъ

другихъ народовъ.

Такую же аниойю можно прос.ттЬдить и въ другихъ эле-

ментахъ жизни народа, напр. въ обычаяхъ; изйстно, что н'ь-

которые обычаи сходны съ древне-

греческими, въ можно усмотрђть тоже 0THomeHie, и т. д.

Сперва было нТчто общее у ВС'Ьхъ, затЬмъ на этой основеь

появились разности, только отд%льшмъ группамъ, при

дальййшемъ групповое общее разбивается въ нт-

сКолькихъ окраскахъ на 60ЈЊе группы, и крайней сте-

пенью является типы превращаются въ ин-

дивидовъ, но не разрозненныхъ, а связанныхъ многочисленными

связями, изъ которыхъ н%которыя относятся кь доисториче-

скимъ временамъ челойчества. Человђчество теперь находится,

прибјшзительно, въ nepio$ и однимъ изъ

индивидуаљныхъ элементовъ, среди искусства,

является наша русская музыка.

Народная П'Ьсня построена большею частью въ звукоря-

дахъ въ такъ называемыхъ ладахъ древне-гре-

ческихъ или «церковныхъ». Всжъ ладовъ (т. е.

такихъ, которые можно сыграть на б'ђ.шхъ кла.вишахъ рояля)