чемъ, въ большей или меньшей степени обща вс«ьмъ компози-

торамъ русской школы, оригинальность—это одинъ изъ лозун-

говъ ея, и принципъ этоть ярко выразился не только въ

емахъ, но и формахъ музыки: и фактура, и форма музыкальныя

значительно расширены русскими композиторами; достаточно

указать для прим%ра хотя бы на романсъ, въ сферу котораго,

по почину Даргомыжскаго, втекла новая струя, струя

жизни и правды.

Сравнивая по достоинствамъ «Майскую ночь» съ первой

оперой Корсакова «Псковитянкой» можно зайтить шагъ впе-

редь въ смысл% таланта, большей уйренности въ ра-

бой, большей обоснованности и глубины употребляемыхъ npi-

емовъ, но вй эти усп%хи, надо сказать, сжланы лишь въ од-

номъ именно со стороны симфонической, со сто-

роны оркестровой, вокаљная часть «Майской ночи» почти ни-

сколько не выше по достоинствамъ вокальной части «Пскови-

ТЯНЕИ», она пощюжнему недостаточно выразительна и бл%дна

въ съ оркестра, такого богатаго, такого вы-

разительнаго въ рукахъ могучаго художника.

Работая надъ оперой Корсаковъ отвлекался и для болеЬе

скромнымъ по разм'Ьрамъ работь, выражая въ посл'Ьднихъ свои

мнутныя высказаться. Такими рабо-

тами были н%сколько пьесокъ для фортепьяно, написанныя имъ

для «Парафразы, о которыхъ было уже упомянуто

при обзоргЬ Бородина, которому и принадлежитъ

Для этихъ «Парафразъ» Корсаковымъ были

написаны: «Колыбельная», «Маленькая фуга» на тему В-А-С-Н,

«Тарантелла», «Менуэть», «Трезвонь» и «Комическая фуга».

Все это—изящныя прекрасно написанныя, въ ко-

торыхъ прежде всего высказался талантливый гармонизаторъ.

Изъ этихъ шести пьесокъ «Колыбельная», прелестная

по своему и «Трезвонь», чрезвычайно интересная

въ гармоническомъ

Вско1А пос.л1; «Майской ночи» композиторъ на-

чинаеть новую оперу на сюжетъ поэтичнаго

Островскаго, его чудной весенней сказки «Сн•Ьгурочка», тексть

которой при такъ и просится на музыку.