— 231 —

«а и рыба вся въ глубину пошла», — скрипками — «полетЬла

птща высоко подъ небеса»,—флейтами же рисуется постепен-

ный ростъ богатыря и т. п. Такими придается

необыкновенная сила слову. Омузыкаленное и иллюстрирован-

ное такимъ образомъ слово им'Ьеть чудную силу выразитель-

ности, колоритности, представляя одно изъ высшихъ проявле-

способностей челойка и однимъ изъ самыхъ блестящихъ

элементовъ искусства.

Разсказъ Н'Ьжаты въ середин± прерывается хорикомъ го-

стей подъ тоть же аккомпанименть гуслей». По

былины гости благодарять гусляра и высказывають

coo.wbHie, что некому П'Ьть про Новгородъ и воть входить

Садко, поклонъ ведя по ученому, и держа въ рука.хъ гусельки

яровчаты. Посл'ћ онъ начинаетъ свой речитативъ

и займъ въ которыхъ высказываеть то, что Н'Ьсколько

разъ уже высказывалъ на пристаняхъ и торговыхъ площадяхъ

новгородскому люду. И речитативъ и мелодичны,—ори-

тина.льны и интересны постоянными изъ одной

тональности въ другую.

См%лая реЬчь Садки возстановляеть противь него пирую—

щихъ гостей и они въ свою очередь попрекають гусляра. Садко

обижается и у.ходитъ. По его уходгЬ возобновляется прерван-

ное пированье, гости поють нача.льный хорь, а затЬмъ высту-

пають скоморохи со своими шЬснями и плясками. ГКсня Дуды

и Соп%ли «Въ НоуЬ-городгЬ великомъ жиль, быль дурень» ха-

рактерна и оригинально построена. Картина заканчивается

большимъ общимъ хоромъ.

Вторая картина—берељ Ильмень озера. На берегу 6illb-10-

рючъ камень. Сйтлая јтЬтняя ночь. Рогатый мтЬсяцъ на ущерб.

Приходить Садко въ печали отъ только-что происшедшей

въ братчинтЬ сцены. Свою грусть онъ передаеть въ озеру

и тростникамъ и, о чудо! озеро начинаеть волноваться и трост-

ники шушЬть какъ будто въ на птЬсню одинокаго въ

своихъ думахъ, непонятаго мечтателя - гусляра. Прилетаеть

стадо лебедей и сеЬрыхъ утицъ и птицы обращаются передъ

Садкой въ красныхъ во главеЬ съ Царевной-Морской

Волховой. Хорь хЬвушекъ поеть исполненную фантастической