5

миниваногь, ард въ себ•Ь 500 чело“къ лекси-

вогмовъ.

Эпоха reaia.rwaro H306vhTeHig Гутенберга и эпоха гуманизма,

этого истиннаго, неподд%льнаго себя,

первыхъ, печатнымъ 6nI'0±TieMb Слои IIoc.rh срдне-

йвоиго схоластичесваго гнета не только рийи, но и науки,

когда посл%довала знаменитая эпоха м»зрощета, вогда зароди-

лись новыя идеи,—печатный станокъ быль м:призе

Слова Симфокйй и Конкордан1$й, вавъ пер-

выхъ, при и Священнаго

Слово Bozie, особенно Ножв.айтнсю, заняло у гумани-

овъ, этихъ истинныхъ классивовъ, М'Ьсто, не тольво

въ семыь, гхђ оно всегда существовло, но и въ новой, класси-

ческой шволт. Знаменитый Петрарка, предъ

дрними влаиивами, все-таки вполн'Ь и

трбоидъ отъ науки и 06pa30B8Hia пржде чи-

ст-гуманныхъ ц•ђлей: нравственнаго человфва, прие

его кь въ c03HaHio своихъ

свн•о челойжваго пиитедей

составляло и ..тмимсю Петрарки. Въ

стихъ знаменитыхъ антитезахъ, направленныхъ противь лже-

именнаш образовыйя, онъ говорить: „граммативъ боязливо и

педантически наблюдаеть завоны языка и легко-

мысленно въ йчнымъ законамъ Бога; стихотт-

рцъ р%шаегся свор%е хрмать въ жизни, чтмъ вь своихъ

стихахъИ; „историвъ хлопочеть о xh8Hi1x'b цав и нардовъ,

а въ стихъ собственныхъ не дать себ•Ь отчета Ц; „астр

номы пнсвазыиють затм«ъте солнца и луны, и не чувствуютт

своего духа“; „философы ищутъ начала

вс•Ьхъ и не знаюљ Бога; описываютъ доброхЬтели, но

сами нискољво не Тмають о нихъ“. „Ндмъ (говорить

онъ вь другомъ мТстЬ) любить философовъ и соглашатьс.я съ ними,

только они не отвлевають насъ отъ йчной истины, отъ на-

шей главной ц•Ьли. Но ждибы вто-нибудь повусилея на это, хотя

бы это быль сдмъ Платонъ, Аристотель, Варунъ, иди Цицеронъ,

то онъ долженъ быть п—уЬнъ нами съ чттосердечною твер-

достью и оттргнуп. Ни вдвое mpcTWB8Hie, ни B8Ria дова-

зательств, ни сладкая rapM0Hig Р'Ьчи, ни вавой авторитеть