— 75

мются изъ-за ±кыхъ прядей волосъ. Лохмотья едва за-

врываютъ ты...

Какъ ' хрипло говорить она. ... Магомадъ кажется

сидьно взволнованнымь. Неужегш слезы, у негр, у

этого старато дагестанскаго водка?

— Умирать вернулись сюда! прерывисто сообщаеть

онъ пришли изъ На

могилы... Саидъ-ага большой челойкъ быль... Пять

ауловъ у него подъ рукой считалось... А это Айша —

жена.

И онъ опять распрашивалъ женщину.

Тайно шли... по ночамъ. Боялись, что не пу-

стять вь старый аулъ. А имъ только и всего—умереть на

родной земМ. Старикъ недђдю ужъ боленъ. Жена ему

томогаетъ.

— Отчего-же они не зашли сначала въ ауль кь вамъ?

Могди-бы отдохнуть тамъ.

— Вай-вай! Твоя да будетљ здороп. Что это

говоришь ты? „Возьми свои мысли въ руки“. Да ихъ-бы

тамъ сейчасъ русское начальство остановило, и вйсто

того, чтобы умереть здгЬсь, они умерли-бы въ тюрьм'%...

Саидъ-ага, не желая покориться русскимъ, выселился

отсюда, со вйиъ ауломъ, въ ЗД'ђсь онъ быль

богатымъ челойкомъ. У него- ходили по .чугамъ табуны

коней, стада барановъ пасись въ окрестностяхъ. Во-

круть сакли его, внизу тамъ, на Ц'ђ.чую версту раскиды-

вались фруктоше сады. Виноградники сходили въ самой

РТВ, переливаясь съ полями пшеницы и посввами ку-