— 99 —

холоднаго анализа, а съ другой стороны такъ мало

яскренвяго чувства и такъ много разсудочности, что

не могъ кончить перваго тома. Что касается поли-

тяческихъ произведен1й Руссо, наприм%ръ, его я Обще-

ственваго договорам, я не понималъ ихъ и потому оста-

виль въ поко%.

Изъ Вольтера меня особенно очаровывала проза, стихи

же его я находилъ скучными. я читаль лишь

отрывками; никогда не могъ дочитать,

такъ какъ всегда кь непристойнымъ

Были мн•Ь знакомы и н%которыя изъ его

TpareNL Монтескье, наоборотъ, я прочелъ два раза под-

рядъ, съ начала до конца съ большииъ и не

безплодно. произвела на меня также

глубокщ хотя и тяжелое, Но любимой

книгой, всей зимы дарившей меня огром-

нымъ была великихъ

людей» Плутарха.

НПоторыя взъ ннхъ, какъ, наприм%ръ, Тимолеона, Це-

заря, Брута, Пелопида, Катона я перечитывалъ по четыре.

пять разъ, и при этомъ съ такими слезами, съ такими

иступленными возгласами восторга, а иногда и гн•Ьва,

что если бы кто-нибудь услышалъ все это изъ сос%дней

комнаты, меня непрекЬнво сочли бы за сумасшедшаго.

Часто, читая о высокихъ качествахъ этихъ великихъ

людей, я вскакивалъ вн• себя, и слезы ярости и стра-

данья наполняли мои глаза при одной мысли, что я ро-

дился въ Пьемонт и въ такое время, и при такомъ

правительств%, когда ничто великое не могло быть про-

явлено ни словомъ, ни д•Ьломъ и можно было лишь

безплодно мечтать о великихъ подвигахъ. Этой зимой

я усердно занимался также планетной си-

стемы и закововъ небесныхъ т%лъ,

сказать, тЬмъ въ этвхъ наукахъ, что иожетъ быть по-

нято безъ re0MeTpiH, которая все еще была для меня

недоступна. Другими словами, я изучалъ историческую

часть этой, по существу математической, науки. Не-

781272