съ другой, благодаря множеству безсонныхъ ночей въ

у меня въ голой все путалось; я чувство-

валь тоску отъ этого постояннаго печальнаго дневного

св%та и совершенно не поинилъ, какой быль день нехЬли,

въ которомъ часу и въ какой части св%та я находился

въ тотъ моментъ. Т'Ьмъ болте, что нравы, одежды и мос-

бороды заставляли меня чувствовать себя скор±е

среди татаръ, ч•Ьмъ европейцевъ.

Я читаль Петра Великаго Вольтера; быль

знакомь съ н•Ькоторыми русскими въ Туринской

и слыхалъ много восторженныхъ разсказовъ объ этой

нарождающейся Такимъ образомъ, все то, что я

вид%лъ, прЊхавъ въ Петербургъ, при моемъ пламен-

номъ часто приводившемъ кь

заставляло меня сильно волноваться и ждать какпхъ•то

чудесь. Но, увы, едва я оказался въ этомъ a3iaTck0Mb

лагер%, съ правильно расположенными бараками, какъ

живо вспомнились Римъ, Генуя,

и я не моеь удержаться отъ см%ха. Все, что я узналъ

зат%мъ зд%сь, лишь подтверждало мое иервое впечатл•Ь•

Hie и я пришель кь тому важному что эта

страна вовсе недостойна Все въ ней такъ

противор•Ьчило моямъ вкусамъ (кромв лошадей в бородъ),

что въ шести нед%ль, проведенныхъ мною

среди этихъ варваровъ, наряженныхъ европейцами, я ни

съ к•Ьмъ не познакомился и даже не вахот%лъ повидаться

съ двумя или тремя молодыми людьми изъ высшаго об-

щества, моими товарищами по Туринской

Я отказался быть представленнымъ внаменитой импера-

триц•Ь II; не поинтересовался и взглянуть на

эту государыню, которая въ наши дни заставила такт

много говорить о себ•Ь. Когда я старался

открыть причину такого безц%льнаго, дикаго то

пришель кь что по была явная нетерпи-

мость непреклоннаго характера и естественное отвраще-

Hie кь вообще, вдобавокъ, воплощенный въ жен-

щин%, справедливо обвиняемой въ самоиз ужасномъ пре-