— 104 —

многократно предлагалъ представить меня MeTacTa3io. Но

кром% моей природной дикости и необщительности, я все

еще находился ц%ликоиъ подъ всего фртчз-

скаго и быль полонъ кь итальянскииъ книгамъ

и авторамъ: c06paHie людей, преданныхъ клас-

сической литературы, казалось мн•ћ k0MnaHieh скучныхъ

педантовъ. Помимо этого, я им%лъ случай разъ вид±ть

MeTacTa3io въ Шенбрунн% въ садахъ императора; я обра-

тиль какъ рабол•Ьпно двлалъ онъ обычный

поклонъ съ передъ

Увлеченный Плутархомъ и склонный искать абсо-

лютное совершенство, я ни за что не хот%лъ вступить

въ съ продажной музой, подкуплен-

ной деспотической властью, которая была мн•Ь такъ от-

вратительна. Такимъ образомъ, я постепенно превратился

въ задумчиваго дикаря и такъ какъ кь моимъ странно-

стямъ прим%шивались страсти, естественныя двадца-

тил±тняго юноши, а также ихъ посл•Ьдств1я, то неудиви-

тельно, что я слылъ оригиналомъ и чудакомъ.

Въ сентябр% я иродолжилъ свое путешеств:е и черезъ

Прагу по%халъ въ Дрезденъ, гд•Ь остановился на м%сяцъ,

а оттуда—въ Берлинъ, гд•Ь пробылъ столько же. Попавъ

во Фридриха Великаго, которыя показались мн•Ь

одной огромной гауптвахтой, я почувствовалъ еще большее

кь подлому военному ремеслу, единственной

и отвратительной освой деспотизма,

тысячами наемныхъ присп%шниковъ. Я быль представ-

лень королю. Но не только не ощутилъ или

а скор•Ье меня охватило и ярость,

чувства, съ каждымъ двемъ при вид•Ь столь-

кихъ жизни, преисполненныхъ лжи и прикрывае-

мыхъ личиной истины. Графъ де-финкъ, министръ короля,

меня, спросилъ, почему, состоя на госу-

дарственной служб•Ь, я въ этотъ день не вад•Ьлъ своего

мундира? Я отв±тилъ: —

кажется, что при этомъ

двор•Ь нВтъ недостатка въ мундирахъ“. Король обрати лся

ко съ обычными двумя-треия словами ; я