Погубил ты иово отце родваго!»

Какъ и вынудь ворь саблю вострую,

Свесь съ своей жены буйну голову...

Въ зыбочВ дитя надс%лося, (ота крику)

А воръ.отъ сидитъ, прибаювиваетъ:

«Не я твою матушку губил—териъ,

Погубили—потеряди зш товарищи».

Первоначальная основа этой [Њсни очень древняя,

вапоминаеть время кровавой мести; или относится кь

насильникамъ Русской земли, въ ров Татаръ и другихъ

иноплеменниковъ, что ясно видно изъ словъ:

Не съумВлн меня матушка за мужь отдать,

Отдадв меия матушка заиужъ—за море.

Какъ мужчины, такъ и женщины въ притонахъ

разбойничьихъ отличались вспыльчивостью и место.

костью: вотъ Иутъ по быстрой на лодкв 9 мо-

лодцевъ, а десятия красна Овица, амаианова полюбов•

что родимаго брата душегуб.

вица, всаулова сестра,

ница.

Есаул съ сестрой поразмодвился,—

И взяла сестра брата за русы кудрк,

Ударила его объ сыру землю,

Pa3pt3aza ему бЬую грудь,

Вынимала у него сердце съ печенью;

На вом сердце встрепенулося,

Красная дввушка ycMixHyzaca,

Усм%хнувшись саезно всплакнул:

за махонька во нужду аемпла,

Лттъ дЛнадцати воровать стала,

Л%тъ тринадцати души требила,

ЛМъ пятнадцати на разбой пошла».

Атамань д•вку уговаривахь,

Уговаривал, самъ обманывалъ:

— Ты не плачь, дВвка, не тужи, красна,

Я свезу-то тебя кь отцу кь матери.—

Эти женщины•разбойницы въ п•сннхъ

подервуты поэтическииъ колоритомъ, но въ Ойстви-

тельности едвали иного быт въ нихъ прелести, какъ