— 152 —

всворВ они помирились, и Погодинъ подарилъ своему npine.m

портреть знаменитаго ученаго Гейне, съ надписью:

„АлевсЬю Михайловичу Кубареву, съ непре"ннымъ жела-

HieMb вид%ть его портретъ pendant-0Mb въ этому д п). Червь

йСЕOЛЬЕО дней, Погодинъ, по матери Кубарев,

долженъ быль идти на Пречистенву, въ Шираю, „пройдать"

о своемъ upiTerh, который что-то долго не являли домой.

Въ этой у него „развалились галоши“, онъ про-

мочиль себ± ноги, и ему было „ужасно досадно“ 272). Тавимъ

образомъ, между Кубаревымъ и

годиномъ возстановились, и они, по прежнему,

бес%довали о разныхъ предм%тахъ, и между прочимъ, о тай-

ныхъ обществахъ. „Въ Мосвв•Ь не одно“, зайчалъ По-

годинъ, „напримТръ, Кутузовъ и Лодеръ принадлежать въ

разнымъ. Я сизаль, что Новивовъ, Лабзинъ и Невзоровъ

принадлежать въ Кутузовсвому". Эта беђда приве.ла въ

сл%дующему „подозрительно, впро-

чемъ: одна истина, а общества. Самъ Хриетосъ свивлъ:

Мнози 60 птиДутб во имя Мое, ьтолюще: азб ест Христов:

и мнош прельстят т). Однажды, у Погодина съ Заграж-

свимъ и Кубаревымъ зашел спорь о любви въ отечетву. Ему

говорили, что это политическая доброд%тель, что истинный

долженъ любить не отечество, а чедойчетво, что

для все равно, влаВеть ли имъ на земл% Але-

всандръ или Махмудъ. Онъ терпить все. Наполеонъ напиъ

на Богъ послалъ его. Должно ли ему противиться и,

противясь ему, не противимся ли мы Промыслу? Слушая

это, Погодинъ сизаль: „и тапъ, любовь въ Ари-

етидовъ, Катоновъ, Петровъ — ничто!“ И по этому поту,

зам%чаеть: „вотъ на вакой вдоръ нападешь, если пустишься

въ T8Bia Лучше, лучше жить по-просту, и быть

на 27'). Въ это время, извЊный Гречъ

издалъ 1 У-й и томъ своей Учебной книш Prcii-

скоп Словесностпи. Книгу эту Погодинъ читвлъ вне“ съ

Кубаревымъ и „хохотали надъ нею. Тавая неосновательность“,