— 429 —
Мнъ получилъ тольво одни напримђръ, 06iBWHie по-
мощн противь Швеји и Турф. не совершаетса,
вакъ должно, войсва оспютса въ Варшавђ, и это
не можетљ не внушать опасеша. „Можеть повазатьса, свить
государь, что врјпости на Одеф свор%е направлены противь
насъ, ч%иъ противь потону что домены прусской воро-
вы, которые вы мете право держать въ залой до уплаты вон-
представить гораздо боме серье.зную
Имиераторъ навяли все-таки, что съ Наполеономъ
свр%пить франво-русскт союзъ и дать, наконецъ, со-
выгощ. это состоалось въ Ерфуртђ,
въ сентабф 1808 года. Наполеонъ готовыцъ пла-
номъ•, ЗЕТЧИТЬ съ травтаљ, по вотороиу царю дано было
бы 06'hII(aHie уступить ему въ будущемъ кнавества, а
онъ обазиса бы ПМствовать вйми м%раии противь
ABcrpiH, договоръ дь самыми неопрејленныив уступками Рос-
ciH и самыми положительными отъ неа Tpe60BHian. Сообрино
съ этимъ Наполеонъ требовал от своего союзника, чтобъ онъ
напаль на ABcrpiD, но Александръ не поддавалса. Разговоры
двухъ императоровъ принимали иногда HerrpiaTHHh обороть; разъ
двдо дошло до того, что Напо.иеонъ бросил на ноль свою шля-
пу п началь топтать ее ногами. Алевсандръ хотђлъ прервать
съ нимъ переговоры, но Наполеонъ одумалса, счптаа выгодниъ
замочить вонвенјю съ PoccieA. Конвенф д%йствнтиьно была
подписана и не представляла мя Poccia НИПЕИХЪ выгодъ. Рос-
cia обязалась дать вспомогательный ворпусъ, въ случаЬ
если на нее напацељ ABcTpia. Наполеонъ со своей стороны оба-
зади признать за и Buaxio, но поорать
приходилось одному Александру, потому что Наполеонъ отъ по-
средничества въ турецвихъ д%лахъ отвазадся.
Такимъ образомъ въ Ерфуртђ быль вновь сврђпленъ союзь
съ но туть же императоръ разо-
чаровался въ Наполеонј, понал вавъ мало пользы можно охи-
дать отъ него. „Въ ТиљзитХ справедливо зайчаеть Вандальт
въ царя одержа.ло верхъ довые; въ ЕрфуртЬ
вновь взало верхъ недовые. Если императоръ не рВшилса еще
отдВлитьс.а отъ насъ, вавъ только овончитса турецваа война,
если онъ не опревпилъ еще момента разрыва, ма.“йшаа обида,
вив.аа перейна въ Европђ, вите поторое приста-
впло бы Наполеона болте грознымъ п страшпымъ, должно было