— 432 —

xxxv.

Свмпа'1Јп общества имјють мио общаго съ политиКой. Въ

то время вавъ дипломаты интриговали противь насъ

во всей ЕвропВ, pyccEie люди прошлио в%ва все боме сближа-

лись съ французскимъ обществомъ, все чаще ЕДИ.ИИ въ Парижъ,

знавоиились съ французской литературой п подражали ей.

Елисавегы Петровны начинаюљ особенно ярко

сказыватьи наши въ въ тоиъ,

чт виному џорадочноиу Русскому было обязательно говорить

по-французски, одјватьс.а по паризсвой мод%, знать французсвихъ

писателей и Парижъ, если не изъ собственнаго опыта, то по

крайней изъ ЕНИГЪ. Кавъ теперь руссвое серпе изо вс•ђхъ

иностранныхъ народовъ преимущественно влечетса въ Францу-

замъ, тавъ это было и въ прошломъ ЙЕ'Ь.

Какое давиось въ до врема дВтамъ состоатеть-

ныхъ родителей, изъ А. Р. Воронцова, дано-

мата екатерининскихъ временъ и ванџера въ Але-

ксандра 1.

Воронцовъ родилса въ 1741 году и пяти гВть уже свободо

говориль по-французски, потому что въ нему приставлена была

Францужено-гувернантва. Въ написанной инъ въ

1805 году, онъ говорить, что полученное ииъ, не

было такимъ блестящимъ, ни дорого стбащимъ, вакъ BocnHTaHie,

дававшееса но оно ийло свои хоро:та стороны.

„Не пренебрегли, говорить онъ, научить насъ руссвому азыву,

который уже не входить въ планъ современнаго образоватя.

Можно сказать, что Poccia единственная страна, не счита-

ютљ нужнымъ учитьса родному азыву и всему касающемуся сво-

его отечества. Люди, себа просвђщенными въ Петер-

бургЬ и МОСЕВВ, учать своихъ дјтей французскому авыву, окру-

жають ихъ иностранцами, приглашають за больпйа деньги учителей

и танцевъ и не учать ихъ родному азыву. Тавимъ обра-

зомъ, это блестящее и дорого стоящее приводит въ

полному незнатю своей страны, равнодушЈю, можетъ-быть, даже

upegp'hHiD въ своему отечеству п привязанности во всему ино-

странному, преимущественно вь Франји.“ „Но возвратими, го-

вориљ Воронцовъ, кь нашему Въ придворноиъ театрВ