276

— Михаилъ! презрительно фыркнудъ онъ. — Проз-

вище!

— Спиридоновъ.

— Ты долженъ добавлять «ваше когда

со мною говоришь. Я не ровня; а—видишь—офи-

церъ, а ты вто? Арестантъ. Я тебя выучу, какъ

отлчать.

Тутъ онъ помолчалъ немного и потомъ, вань бы за-

бавлянсь моимъ потеряннымъ видомъ, спросилъ:

Такъ• накъ тебя зовутъ-то?

— Михаилъ Спиридоновъ, ваше отйтилъ

я, стиснувъ зубы и готовый зарыдать отъ

Офицерь очевидно остали доволенъ, отйтомъ.

. — То-то, сказалъ онъ, раскуривая сигару. — Помни:

«ваше главное. Ты, кажется, самъ быль

прежде ну, да это забудь. Теперь ты аре-

стантъ и присланъ сюда дла а исправи-

тельнымъ мы поблажки не даемъ. Провинился—въ кар-

.церъ, не то и выпоремъ•, хорашо ведешь себя

— похва-

димъ. Главное—повинуйся.

БолЫенно сжималось у меня• сердце, пока я выслу2

шивалъ эту тираду моего новаго начальника. Офицерь

кань будто догадали о томъ, что во происходить.

— Ты не обижайся моими словами, продолжалъ онъ,

понизивъ тонъ.—њдь все это я для твоей пользы го-

ворю. Я, брать, не злой челойкъ; я уйю $нить бла-

T0HpaBie и почтительность. У насъ, военныхъ, дисцип-

дина выше • всего на свЫ. Хорошо поведешь себя—и

теб хорошо будетъ: облегчу, если возможно, наказа-