— 368 —

слишкомъ Чрезм%рное отни-

мало отъ этихъ статей серьезную обоснованность и доводы ихъ

были поверхностны, казались предвзятыми, легкомысленными,

безпочвенными. Р'Ьзкость-же тона мало кого привлекала на

свою сторону; казалось будто люди горячатся потому, что они

въ чемъ-то неправы. Сильйе всего отрицательно дМствова.ла

napTiIHocTb, узкая, нетерпимая napTitHocTb. Это-то главнымъ

образомъ и посгЬяло и и глубже войти

въ эту полемику, заинтересоваться ею серьезно; казалось на

газетныхъ столбцахъ происходила семейная ссора, молодежь

горячилась, а старики, уже снискать себ'ћ

за что-то ихъ обвиняли; читать было интересно, вспгда въ

этихъ статьяхъ было довольно и и злости, такъ нравя-

щейся толпеЬ, но интересность ихъ дальше не шла. А между

тЬмъ происходила не семейная перебранка, а музыкальное яв-

огромнаго или по крайней

whprh размТровъ той страны, въ которой оно возникало и чей

духъ выражало собою. Такъ, кь несчастью, на это

продолжали смотргђть, привыкли смотр•ђть, и до сихъ

порь смотрять; и вина того, что на это такъ смотрять, все1ф.ло

падаеть на представителей кружка, которые неумтћло повели

свое великое Жло, не съ достоинствомъ серьезно проводили

свои идеи, постепенно кь нимъ и публику, и критику,

и объясняя консервативному лагерю въ чемъ ихъ разница отъ

узаконенныхъ, разница вовсе не такая ужъ «безбож-

ная» или «немузыкальная», и которую самому нетерпимому

челоуЬку можно допустить до извеКстной степени. Главное не-

было въ томъ, что никто изъ тЬхъ, кому это надлежало,

ничего не понималъ. Публика оставалась почти въ совершен-

номъ невеЬд'Ьти относительно предмета спора, боролись

а что было яблокомъ раздора никто не вгЬдалъ, можно,

правда, было съ нгЬкоторыми раЫраться въ этой

сварећ, но кому была охот утруждать себя можеть быть изъ-

за пустяковъ, вообще йдь газетныя ссоры не пользуются боль-

шимъ реноме, а туп еще такая некрасивая, и

сто разъ нетерпимая крикливая газетная полемика, ужъ музы-

кантовъ-то, художниковъ, служителей красоты, ни въ какомъ