— 402 —

Въ этого обзора надо сказать еще разъ, что

русская школа внесла въ общую музыку свое, новое слово,

новую струю въ потокъ. Для европейской музыки это

новое прежде всего представляется въ обычныхъ

музыкальныхъ формъ, отъ

(врод% квадратныхъ формъ русскаго и вос-

точнаго элементовъ въ колорита, 06pa30BaHie музы-

кально-декламатическихъ формъ и т. д.

Благодаря русской школЬ мы, pycckie, им'Ьемъ свою музыку

и въ этомъ мы также самостоятельны, также нато-

нально-сильны, какъ и

если не 60„ULe, и если это не совсеЬмъ ясно теперь, такъ вы-

яснится въ ближайшемъ будущемъ, —въ будущемъ, въ которомъ

намъ предстоить совершить такъ много.

Представители второго композиторовъ русской

школы—Глазуновъ и Лядовъ — им•Ьють одну общую черту въ

ихъ творчестй, эта общая черта—культь-формы, культь уби-

душу его жизни и превра-

его въ музыкальный трупъ. И всгЬ этого

культа въ сущности очень близко похожи одно на другое, уже

потому, что лишены живаго огня индивидуальности. Если ин-

дивидуальность въ этихъ и остается, то прояв-

ляется она въ чисто вневшни.хъ чертахъ, какъ трупы отличаются

только признаками.

Въ своихъ первыхъ эти музьжанты уже до-

статочно выразили себя и опред'Ьлили. Они какъ будто сразу

сказали все что имеЬли, а затЬмъ стали повторять себя, но по-

вторять безъ живаго огня, не вкладывая ни одной новой мысли.

не согр%вая слова свои горячимъ чувствомъ. Они стали гово-

рить красивымъ, но мертвымъ языкомъ, стали творить безжизнен-

ныя которыми можно любоваться, даже наслаждаться,

но нельзя имъ отдать всего себя, они, мертвыя•, не привлекаютъ

кь себ живую душу, отъ нихъ йеть холодомъ, и если они

не отталкиваютъ, то только потому, что и мертвыя они кра-

сивы, эти цвТ,ты безъ аромата.

Оба разсматриваемые композитора превосходные техники,