— 269 —
лицъ (непричастныхъ кь джиу) виновниками Анонимному
автору оОЬщается отъ правительства если онъ самъ
участвовалъ въ и награда и если онъ объявить
свое имя и выступить обвинителемъ названныхъ имъ лицъ, пред-
ставивъ при этомъ доказательства. Вторая афиша появляется
вслгЬдъ за правительства и кь прежнимъ
ямъ присоединяетљ новыя и заявляеть, что „королева знала о за-
говор±". Ч±мъ дальше, тьмъ сосредоточенн±е становились въ
пасквиляхъ и каррикатурахъ противь Ботуэля и
Стюарты Это было такъ страшно, что одинъ изъ соучастниковъ,
бывшихъ съ Ботуэлемъ, лордъ Ормьстомъ (laird 0rmiston) при-
шель кь нему и спросилъ: „что это значить, милордъ, что обви-
няють тољко васъ и не говорятъ ни о комь другомъ (изъ участ-
никовъ)?". Такое казалось страннымъ лю-
дяиъ, и не знавшимъ Д'Ьла. Такъ, въ письм± кь
тосканскому герцогу Козимо I высказываеть догадку, что эти паек-
види —д±ло рукъ графа Морэ, который, в±роятно, им±еть въ
виду погубить графа Ботуэля, „челоуЬка очень мужественнаго"
(plein de valeur), который пользуется большимъ дов•Ыемъ и мо-
жеть служить кь трона. Онъ думаетъ,
что ему потомъ легко буден отдфлаться отъ самой королевы.
Сама Стюартъ им±ла полное ocH0BaHie отнестись подозри-
тельно кь анонимнымъ противь Ботуэля. Онъ одинъ
изъ окружающихъ ее лицъ не участвовалъ ни въ заговор± Морэ
и Аргайля, ни въ деЬлгЬ напротивъ, въ этомъ досл±днемъ
Д'ЬлтЬ онъ помогаль ей и Дарнлею уйти изъ Эдинбурга. Не кроется
ли въ противь него лишить ее единствен-
наго вгЬрнаго слуги? Если заговоръ противь Дарнлея быль загово-
ромъ и противь нея, а въ этомъ она не сомн±валась, то такал
тактика заговорщиковъ совершенно понятна. Когда съ.
емъ противь Ботуэдя, Бальфура и н±которыхъ другихъ лицъ вы-
ступилъ отечь Дарнлея, графъ Ленноксъ, тогда предоста-
вила ему два пути для Д'Ьла: пригласить парламенть
заняться заговора, или же судить Ботуэля. Графъ
Ленноксъ выбралъ второй путь. На его просьбу ускорить пресл±-
Дарнлея, судь назначень быль на 12 апр±ля. Но
онъ, Ленноксъ, на судь не явился, а просьба его объ отсрочкћ
дгЬла не была уважена судомъ. Нечего и говорить, что и судьи,
предс±дателемъ коихъ быль герцогь Аргайль, и присяжные — пэры
Ботуэля — были далеко не беапристрастны по кь по-