—110—

Мы круто поднимались выше и выше. Лошади на-

ши вязли въ рыхломъ подъ которымъ шу-

мј;ди ручьи. Л съ удивлетеиъ СМОТРЈЛЪ на дорогу

и не понимал возможность Јзды на колесахъ"...

На перевал путешественники обыкновенно выходятъ

изъ экипажей и идутљ П'Вшкомъ. Недавно прож-

жаль какой то иностранный консулъ, онъ быль

такъ слабь, что велгВлъ завязать себ'В глаза; его

вели подъ руки:

и когда сняли съ него повязку,

тогда опь сталь на коЛни, благодарилъ Бога и пр.,

что очень изумило проводниковъ.”

У Лермонтова-же вы помните такое описанће

этого перет;зда въ „ГерогВ нашего времени“ хотя

уже въ направленћи изъ Тифлиса.

ПодъгВхавъ кь Кайшаурской горы, мы

остановились подлтз духана.. Я долженъ быль на

пять быковъ, чтобы втащить мою тел:Вжку на эту

проклятую гору, потому что была уже осень н

гололедица,—эта гора игпетъ около двухъ верстъ

длины. Нечего было хвлать, я нанялъ шесть 6ыковъ

н 1[Всколько осетинъ. Одинъ изъ нихъ взвалилъ

себ'В па плечи мой чемоданъ, стали помогать

быкамъ почти однимъ крикомъ“... Па вершишь го-

ры „я вел1;лъ положить чемоданъ въ телжку за-

Мнить быковъ лошадьми“...

Переночевавъ, затвмъ,

въ КайшаургВ, рано утромъ „мы тронулись въ путь.

Съ трудомъ пять худыхъ клячъ тащили паши по-

возки но извилистой дорогт; на Гудъ-гору. Мы шли

и'ьшкомъ, сзади подкладывая камни подъ колеса, кб-

гда лошади выбивались изъ силы, казалось, дорога