— 266 —

ные ими дла челойческаго порядки — совершен-

нТ,йшШ вздорь, въ одинъ преврасный день

быть раврушенпымъ. Въ вакоиъ бы отъ западно-

европейскаго 06pa30BaHiH ни жило наше купечество, но оно

нивакъ не мозетъ примириться съ такимъ поиљДнижб резуль-

татом (?) современнаго нашего школьнаго и ни-

кавъ не можеть пов%рить, чтобы молодые люди,

изъ школы съ подобнымъ послљДним словом, были Ойстви-

тельно 06pa30BaHHie старыхъ. Кавъ ни свато хранилъ нашь

влассъ обряды и стАрину народнаго быта, посреди

всеобщей ломки, но онъ вовсе ве имВетъ тђхъ китайсвихъ

о западно-европейскомъ и западно-евро-

пейсвихъ общественныхъ порадкахъ вавъ н'ЬЕоторые наши

$ятели посл%днихъ Л'ђтъ. Самое посйднее

или самое прогрессивное купеческое 110k0NHie, тольво что

сошедшее съ шКольной скамейки, отпугиваеть купечество отъ

шволы, правтичесвимъ результатомъ которой являетса npegpiHie

въ отцовъ и отъ своего ремесла. Въ старые

годы вупечесввя молодежь Взла въ чиновни чество и дворянство,

теперь иные изъ нихъ л%зутъ въ со:$вльные реформаторы и

прогрессисты. Впрочемъ тавъ-навываемая у насъ прогрессивнаа

или лучше недо#дая современная литература входить въ

съ вупечесвою средой и не на одной тољво

швольйой свамь%; на нижегородской армарв± еще въ 1864 г.

мы видали своросп±лын pyccBiH Бовля, Дарвина, Фогта,

въ рувахъ не только молодыхъ, но даже возмужалыхъ людей.

Понатпо, вавое cuyuleBie въ умахъ, чуждыхъ досей всяКой

и всявой шво.й, способна производить эта литература,

въ особенности благодаря ненпымъ устнымъ еа истолков-

ni8Mb, которыя посати въ воздух'Ь и съ ваздымъ переходоиъ

отъ одного необразованваго челойка въ другому постепенно

превращаются въ едва в»оатныя по своему крайнему

неКеству и Чтђ могутъ, йаприм%ръ, вывести

— о ' хо$ и Дар-

изъ книгъ Бома