— 129 —

Этого нельзя сказать о императоровъ Александра и

Николая Павловича. Оба императора, по крайней Александръ,

со второй половины своего а Николай въ всего

были совершенно солидарны въ основныхъ точкахъ

на государственный порядокъ. Сообразно этому они и дМство-

вали одинаково. Кь тому же отъ Александра кь Николаю не было та-

кого рьзкаго перехода, какъ, наприм%ръ, отъ Павла кь Александру,

не могло быть поэтому и только увеличившихъ пропасть

между правительствомъ и народомъ и нарушившихъ ту кото-

рую по свойствамъ своего характера способенъ быль создавать

и добрый Александръ Павловичъ. Николай быль мало пбдготовленъ

кь 14-го декабря, и это сразу поставило его въ ненормальныя

относительно его новыхъ подданнныхъ. Цензурныя строгости

само собой еще усилились. Быль измышлень такъ-называемый „чугун-

ный уставь“, безсмертное TBopeHie Шишкова, руководствуясь которымъ

можно было, по мн•Ькйю цензора Глинки, и „Отче нашъ" истолковать

якобинскимъ Hap•BtiieMb. Что же касается театра, то ему при Никола

%жилось сравнительно недурно. Новый императоръ вообще покровитель-

ствовалъ искусству, въ частности драматическому (вспомнимъ его

заступничество при постановк% Шиллеровской „1оанны"), хотя и

держался по кь нему системы, хорошо изв%стной изъ

предыдущаго. Пока искусство находилось въ границахъ, для чистой

опредфленныхъ, держ.алось скромненько, не дерзало выходить

на площадь съ до т-Вхъ порь его терпЬли; еще вотъ

хвалить позволялось, однако не слишкомъ; можно было впасть въ

и предметъ возвышенный изобразить каррикатурой. Во

всемъ прочемъ, Боже избави, критиковать кого-либо и что-либо. Ре-

зультать такихъ лучше всего испыталъ на себ± Пушкинъ,

трагическая судьба котораго тЬсно связана съ цензурными порядками

описываемаго времени. Собственно Пушкинскихъ сочи-

занята добрая половина цензуры николаевскаго царство-

Лично насъ интересовала участь его драматическихъ chef-

d'oeuvr'0Bb „Бориса Годунова“ и „Скупого рыцаря“. форисъ Годуновъ"

быль вполн% законченъ авторомъ въ 1825 году. Въ сентябр% 1826 года

поэть уже читаль его среди своихъ московскихъ а затЬмъ

повторилъ это при бол•Ье многочисленной большею

частью ученыхъ и литераторовъ. им%ло

усп%хъ. Пушкину оставалось пропустить свою черезъ цензуру,

а затвмъ хлопотать о постановк% ея на сцену, но обстоятельства пом%-

[пали тому и другому. Д%ло въ томъ, что императоръ Николай неза-

долго передъ этимъ „предложилъ" поэту быть его единственнымъ

9