8

-90 „нардной .трдмт“ сидьно во вай вод—

свой Eropi01'MiH. Въ въ реформатовншу двиетю гор-

дитьса бно тЬмъ, что гь •вонц•ђ вощовъ похаки выши ивъ

-своеш врменпго отступничества, или тьиъ, то

ови 'етариись сджпть

Вод“ обеыивноиу и научтму 0TEOIIIBHiD въ

полсАе историки могли бы отчасти научтьса у

историкоъ въ Р'Ьчи Пштолитой: этимъ прдметоиъ,

Ойтвтелжо, сь прошдаго c•rorhTia выимаиись Амецм ученые,

хотя равсиатрвхи они ет съ точки 8VhHia церковной

и притоп (лютеранской), не дђлвя вдобавжъ

стателпнхъ —йскант новго натерт.ха. Нельм однако отрицать

этихъ Йиецкихъ пиврелей о Мормаф: начиная

съ тнца XVII стойтјя до тридцатыхъ годовъ XIX Мка, домки сами

сстршнно не занитлись прдиетомъ, и н%щн были

авторами по цодыкихъ диссидентгь. Что кшатса

историковъ, то р*рптонвой эпохи пољской они

касались по вя 0THomeHio хитовсвимъ и юго- и. западно-русскимъ

д%лаиъ, и только самое врия въ нашей литератуф

появились два шмостоятельно трактуюпја HcTopio Мор-

ПольшВ, ош были написаны узе посхЬ тот, какъ

поляки стали вполнгђ научно относиться въ прдмету. Многочислен-

ныя которыа напечатаны объ р*рмщи въ

ПольшеЬК пр*зсора Любовича въ польскцхъ аурналахъ и газаахъ,

свид•втельствуютъ о томъ, что поляки выши изъ своей превнМ

натонаљной вамкнутшти. Но имъ ныбходимо сдЫть виередъ

одинъ шаВ—рашпирить область ивучетя другими

народами, когда жизни интетъ высот

интересъ иди кь самой польской жизни: конечно, изуче-

Bie *рмати на Запат помимо своего общаго для под-

ской им%етъ й особое и noxwkie историки въ лоиъ

домны были бы брать примЫъ съ другихъ народовъ.

Въ свое опраиате полаки могутъ указывать на сравнительно

невначителвое количество своихъ ученнхъ силь и на неразр±ан-

ность существенн%йшихъ вопросовъ самой польской ист1йи. Въ са-

моиъ дЬ'Ь, въ полской сгодько поставленныхъ

просовъ и такъ мало прочныхъ p'Bu:eHit 1). еще посчастли-

вилось за посд•Ьднее врема, а сколько темь, которыа мы, РУР-

1) Bobrgyi8ki, 1, 58.