АВТОРЪ «ПУТЕШЕСТВШ ИЗЪ ПЕТЕРБУРГА ВЪ МОСКВУ».

61

и судьею, Ек*терина писала въ своемъ наказЬ депутатамъ:

«тамъ нгВтъ гражданской свободы и безопасности, гд'в судебная

власть не отд%лена отъ законодательной». покоЊйя су-

дей и подсудимыхъ сошли въ могилу прежде, нежели судопроиз-

водство подверглось коренному О необходи-

мости npe06pa30BaHiH, изйданной горькимъ личнымъ опытомъ,

Радищевъ говориль и въ литературныхъ и въ

деВловыхъ буџагахъ — въ тТхъ которыя онъ пред-

ставлялъ въ о законовъ.

Во время своего въ кр'Ьиости Радищевъ то-

мился неизйстностью объ участи, ожидающей его семейство.

Радищева пресгЬдовала мысль о томъ, вчтђ станется съ его

несчастными Д'Ьтьми. Вопросъ о родителей въ

кь кВтямъ, затронутый въ возставалъ передъ

умомъ и чувствомъ узника, вызывая мучительное c03HaHie ви-

новности отца, погубившаго своихъ деВтей. Подавленный горемъ,

Радищевъ умолялъ Екатерину пощадить его не ради его самого,

но ради д±тей его, безвинно погибающихъ за отца.

Въ приливгЬ онъ безпощадно •осуждалъ свой поступокъ

и клеймилъ позоромъ свою книгу, нащЬлавшую ему столько 6'Ьдъ.

Онъ совершенно искренно признавалъ себя преступникомъ въ от-

своихъ дКтей, и заклиналъ ихъ никогда не заниматься

литературою. Но въ эти минуты онъ говориль противь самого

себя, отвергая составляло живую потребность его ду-

ховной природы. Литературньш были до такой степени

ему по дупњ, что какъ только стихали первые-порывы негодо-

и онъ снова брался за перо; и мысли сами

собой просились на бумагу.

Право читать и писать было единственнымъ с“тлымъ лу-

чемъ, падавшимъ въ темницу Радищева. Обращаясь кь пред-