Между прочямч„• говоря• о таинства * ято

время, мы пе можемъ упустпв яв•в BHnaHig сйдующаго

факта. Въ собора 1660—1 И? г. мы вогр«а-

емъ слћдуюнцее м±сто: „еще же припзати apxiepB)Hb

муждо rrr, ВС'Ьиъ священвиванъ па#пво,

еже бы ' д%Пегво св. kpnteHiH, молитвы и всю службу сами

точЈю свящепвики да глаголали, и хЬйс,гвовали, но пят. вто,

или отъ прочихт, причетпиковъ, яко же ятьпыит.вяпхеп-

втПы езумно творять, иже и ингьмъ пове.ттваклп.

гЈаголати •но.тнтяы и вся возслћдован1я; аще же отпшнт 067-

пцнся священникя, сице творя“, кром•к Bexni* нужды, да вв.

tePReTug (1). Такое nocrraH0B.WHie моековскат собора петь

памт, очень опрд•Ьленное свидВгелвство очень иннре-

СНОМ'ћ фам разсматриваемасо нами предмет вт.

пусской врещальной практякћ. Согласно ему, очевидно, что

по крайней въ ХУИ вы вожможность јакояу со-

вертћать • разтярялась явогда па стольт, что вну

дозволялось совертать RpeIqeaie не только као таинсгж),

но и вав•ћ ц%лое qHHonocrhN)BRBie С). Въ силу чего это до

пускалось, это каждому довольно наглядпо разъясннетт само

Норное когда допусвает% тавое выракМе:

„яво же н•Ьцыи свящеввипы евумво творят“. 0cH0BaBieMb

для подобнато священникамъ, допускавшимъ это,

то •с•ь одвоа сторовю служило то, что ка-

новичесвими правилами церкви издревл бып птуцаа

возмОжность, въ случаТ сомшап cpnxetfe

съ есть лицо igpapn.

Ческое. ' Понятно, какъ то, тавгћ и• другое: ть дапвомъ спу•

по вейжеетву было понято Аеправильво.

прошедшагб стод•Ьтђя, обыкновенный

совершитель таинства есть священникъ, по въ

случа± опасности, зев отсумјемъ священника, E—eEie доз-

волалось eoq:m.71'b и мћрипиь, съ. только

. в. . у 102,

др. 469.

Тайимъ п поаоћып•евучпп•• позвяп

вакбы даже „ораво« сопршать