— 116—

Французская политика знала въ общихъ чертахъ о недо-

вольств'Ь въ иноземнымъ правительствомъ и потому

стала стремиться идти навстр•Ьчу она пожела-

ла въ лицгЬ своего агента проникнуть въ русскую столицу.

ДМствительно, лишь тольКо явилось посгђ изйстной

размолвки нгђкоторое между руссвимъ и француз-

свимъ дворами, вакъ оба они вступили въ

для чего об“нялись посланниками. Въ Парижъ

быль послань Князь AHTioxb Кантемиръ, а въ Петербургъ

маркизъ де-ля Шетарди 1). Въ данной послгЬд-

нему, очень тонко и осторожно схђланъ быль намекъ, что

его Д'ђло въ должно заключаться не только въ успо-

коиваньи Петербургскдго двора на счетъ француз-

свой политики въ но чтобы маркизъ, руководству-

ась идеями политики своего отечества, приложилъ свои

cTapaBia въ переАн'ђ правительства въ PocciL Француз-

дворъ быль убжденъ, что „cocT08Hie еще

не обезпечено на столько, чтобы не опасаться внутрен-

нихъ переворотовъд. Французская политика указывала и на

причины этого на недовольство Русскихъ „ино-

земнымъбигомъ и на незначительность права на престоль

герцогини Курляндсвой при цесаревны Ели-

заветы и сына герцогини Голштинской“. поли-

тикъ соображалъ: „трудно предполагать, чтобы за смертью

царствующей государыни не посшЬдовали Король

не предписывая ничего „касательно этого предме-

та“ своему посланнику, однако считаетъ необходимымъ, что-

бы маркизъ де-ля Шетарди, „употребляя всевозможныя предо-

сторожности, узналъ, какъ возможно о

умовъ, о русскихъ о друзей, ко-

торыхъ можетъ ишЬть принцесса Елизавета, о сторониивахъ

дома голштинскаго, которые сохранились въ о

въ разныхъ корпусахъ войскъ и мхъ, вто ими командуетъ,

наконецъ, обо всемъ, что можетъ дать о йроатно-

сти переворота“ 2).

Съ выглядывающимъ изъ-за

съ многочисленной свитой, богатыми нарядами

и солиднымъ количествомъ бутылокъ вина (116,800), марвизъ

1) Ibld.. Ш.

2) Ibid., стр. 40 и 41.