— 209 —

въ рувахъ, ни авторъ, ни отецъ и дядя, вниги воторыхъ онъ

насйдовалъ. До утраты Ары дЬо, однако, не доходило:

„ Мучительное cie cocT08Hie продлилось, вавъ теперь помню,

нгђсволько нехв.иь сряду, и во все cie врема, а власно кань

горТлъ на и пытв%, и доводимъ быль до того, что, ви-

нувшись на когЬни, наиусердййшимъ . образомъ молилъ и

просишь Творца своего помочь мне . Помощь явилась въ

пропойди эклектика kpygia и левкой магистра Веймана.

Склонный больше кь усладительному чгЬмъ

въ тревожной рабой мысли, Болотовъ им'Ьлъ• встЬ данныя

сомн±ватьса въ томъ, чтобы точныя науви, могли ему

зажить то, что онъ уступить изъ своего Mipa.

По его n0HHTiHMb, все истинное, научное, полезное должно

непремгђнно вести чедов±ва въ счастью, въ спокойному благо-

напряонность ума, тревога мысли, напротивъ того,

дгђлали его совсфмъ несчастнымъ, лишали душевного покоя;

сл%довательно, эту тревогу, по его ло-

гиф должны быть не научны, не полезны, не носили въ

себ'ђ истины. Для такой натуры способъ успо-

коитьи—- просто оттолкнуть отъ себя

людей несчастными,—игнорировать ихъ.

Въ Кенигсбергскомъ университетђ, система Вольфа

находила себ широкое по вймъ отд%ламъ наукъ,

сохранили еще одинъ представитель враждебной ей школы,

магистръ Вейманъ; онъ держали въ своемъ препода -

системы лейпцигсваго богослова kpyBia, за что и счи-

тался отщепенцомъ среди ученой Оба студента,

Болотова, и сыновы сва-

щенниковъ, по д%тства, можеть быть, не удовле-

творились господствовавшей шкодой и начади тайвомъ слу-

шать Веймана на дому, чтобы пе раздражить профессора,

на чьи ихъ записали раньше. Они разсвазали о сво-

ихъ 3aH8Tiaxb Болотову, и тот; съ восторгомъ пожеладъ при-

нимать въ нихъ даже довольно картинно описывалъ

noc'hIneHia Веймана, мрачную погоду, улицы,

хибарку, въ которой жиль мудрецъ, представитель новой,

вавъ ему казалось, школы, призванной спасти челойчество

отъ бездны Hejpia. Первый разъ философъ травтовалъ

14