— 263 —

Иногда до начальства доходятъ подобныя жалобы и H'h-

которые начальники взыскиваютъ съ каларашей, но иные

остаются довольны и тЬшатся что держать

въ постоянномъ страхгћ.

Быть молдаванъ очень проеть, но нельзя не замћтить,

что внутренность и даже наружность ихъ хаты отличается

необыкновенною чистотою. Когда вы выђзжаете изъ Велико-

на Украйну — васъ поражаетъ опрятность самой 6'Ьдной

малорусской хатки, но эта опрятность ни что въ съ

молдаванскою. ЗдтЬсь она доведена до изящества, и, войдя въ

жилище молдаванина, если только это въ первый разъ, вы не

вћрите, чтобы крестьянинъ, вамъ на дорогуЬ

въ простой сермзй, перепачканный въ смолгЬ, могъ им*Ьть

дома такую приличную обстановку. У стЬнъ хаты тянутся

лавки, застланныя непремгВнно коврами, столь накрыть ска-

тертью, ковры висятъ на стЬнахъ, надъ постелью, на кото-

рой гора подушекъ въ вышитыхъ наволочкахъ, и ц'Ьлая жердь

ув'Ьшана праздничнымъ платьемъ. У печки на вс'Ьхъ высту-

пахъ брошены коврики. Я не говорю уже о хай достаточнаг.о

крестьянина, въ которой онъ самъ не живетъ, а предна.зна-

чаетъ для гостей—тамъ ничего не видно ва коврами, стоить

шкафъ съ посудой, висятъ лубочныя картинки и торчить

пучекъ засушенныхъ ЦВ'Ьтовъ — но и тамъ, гдгЬ живетъ

все семейство, нечистота не представляется вашему взору.

Много вначитъ въ этомъ случагЬ, что молдаванки готовятъ

пищу въ с:Ьняхъ, гдгь устроены очаги, и потому въ хатЬ вы

не увидите сгЬдовъ стряпни, которая больше всего грязнить

крестьянское жилище. Притомъ же молдаванки съ јфтства

получаютъ, можно сказать, страсть кь чистотЬ и домашнему

порядку. Я это замФчалъ иногда по своимъ квартирамъ. ИзвгЬст-

но, что самая копотливая и тяжелая работа для хозяйки —

мазать глиной свою избу снаружи; это д'Ьлаютъ

раза два въ годъ подъ изв'Ьстные праздники, но молдаванки,

едва только запачкаются ствны снаружи, тотчасъ спгЬшатъ

поб'Ьлить ихъ, считая неприличнымъ выставлять на показъ

какую бы то ни было неопрятность. Внутри тЬмъ 60ЈТЬе:

здеЬсь самая небольшая соринка не ускользнетъ отъ хозяй-

СЕИХЪ гладь и тотчасъ же уничтожается без-

порядокъ. Подъ конецъ моего въ я до

того привыкъ уважать обычаи своихъ хозяекъ, что какъ бы

иной разъ ни промокъ, ни усталь, а не войдешь въ квар-

тиру, пока не оставишь въ С'Ьняхъ грязной одежды и обуви.