— 120

сгвомъ. Въ устахь Дантона, Марата и Робеспьера свобода, равен-

ство и братство были безпдодныии словами ; онибыли демократами,

не Мрившши въ Марать и Робеспьеръ и и

словомъ доказывали, что они счита.ли во

одикь деспотизмъ. Ихъ прим•Ьръ доказаль до очевидности, что

дешотическое и бюрократическое управденЈе при какихъ бы

то ни было, самыхъ не може•љ

быть въ интересахъ нардной Деспотическн

и бюрократическое домно носить на себ'Ь

характеръ, оно должно угнетать цтЬлый народъ мь

интересахъ или идеяхъ нВскојљких•ь или тысячь людей, и

иначе никогда и нигд% не поступало и поступать не можеть. Ни-

какой просйщенный деспотизмъ не можеть избавить его отъ этой

He06xonuwrw. онъ не можетъ пом±шать чиовни-

ковъ и ихъ враждебному кь кь ero чув-

и нравамъ уже потому, что онъ не можетљ дозволять кри-

тику п чиновникоуь. Свобода въ этоиъ 0THomeHin

неизбЬкно разрушить и погубить власть. Какъ не велика была

умственная сила и проницательность Кромвеля, но она все

не помогла ему разреЬшить задачу. Онъ ясно понимањ, что ари-

и жлашь никогда не дозволять ему

кородемъ, что онъ мољ сдвлаться имъ только употребляя свою

власть на пользу массь и если-бы существовала каю.я либо воз-

можноељ явиться ихъ открытымъ покровителемъ и опереться на

нихъ, онъ бы это схЬлалъ, какь сжаль Наполеонъ, разж«итя вь

народв Деспоть не быть благо-

д•Ьтелемъ машь, деспотическое государство можеть только жалкимъ

образомъ волочиться въ хвостЬ и совершать Мор

мы, которыя уже закончены ботве передовыми народами. Деспоть

считается великимъ и благодЬтелеиь народа, если онъ производиљ

запоздалыя реформы, какь реформы Петра Великаго, Мех-

мета Али и Александра П; съ свойственнымъ имъ pa.60rbuieMb

народы забывають, что причиною запоздалости реформъ быль

тоть-же деспотизмъ и что если Јло имъ причиняемое можеть по

временамъ быть уменьшаемо, то изъ этого еще не сл±дуеть, что

онъ не есљ источникь зла. Кромвелю осталось одно: покоритьи

немходимосги и умереть протекторомъ, не своему сыну