16

и пдаменни» NVBMa, что MiP'b ть oyueHieMb осгано-

пердъ этой картиной. Въ первый разъ въ жизни у фран-

цутвъ съ народоиъ для общаго дМ-

и этть оз»ль чудеа ATuTckie а!Рнты, которые

»ват —му правитељству наибол•ве точныя о состоя-

Фрашји временъ Nppopa, утверщають, что Фрашјя никогда

не была такь прекрасно обработана и промышленная девятельносњ

ея никогда не была такь оживлена, въ это время. Громаднш

этого времени дала ей возможность вести без-

прийрную оою борьбу Европой.

Вся Европа ополчилась на францувсМ народь и отъ низверг-

нуль всю Европу кь своииъ ногамъ. Таланть и 3HaHie

въ этой борь% въ безчисленють образахъ, Наподеонъ быль

только одинъ изъ многтъ•, праще, ч•Ьмъ отъ выступить героеиь

дня, Европа •уже была повергнута въ прахъ другими. Нш«аЕоя

дисциплина не могла пойшать французскихъ

въ рядахъ враговъ даже нь

толпы солдать переходили кь французамъ во время французскат

Борьба Европы сь французами обна.жада

тољко во всей край низость «и деспотизма. Единствен-

нымъ нардоиь того врмени, способнымъ на материкђ стремиться

кь такь называемымъ свободнымъ оказалась Поль-

ша. Нпзсхуљ и ея была вполн'Ь достойна

стоять на съ гооударственными тдьми деспотическихъ го-

суддрствъ Европы, но въ ней оказатсь кучка людей, дстаточно

развитая, чтобы одушевляться 60.rBe возвышенными идеями.

Кучка была ничтожна и порывъ ея не выдерживалъ и

съ французской и французскимъ ;

она быт разбита и подавлена безъ всякаго и таки

оказалось, что это единственная иокра, которая могла

среди грязной гнусности европейскат деспотизма.

Если-бы французы суАди взятьи за Д'Ало и создать для Мя

федеративную образецъ которой быль для нихъ уже

предначертань въ Штатакь Америки, то весь эн-

TY3ia3Yb французскихъ машь пошель-бы на дВло и уже въ концВ

XVIII-N В'Ька Европа получила-бы совс±мъ друтй видь. Когда

они занимали Белый.ю, Итшйю

ихъ

принимали съ восторгомъ. Чтобы на пресголахъ»