стымъ призракомъ Это понятно и естествен-

но: у каждой эпохи свой умственный кругозоръ, свой уро-

вень Было бы на лицо безкорыстное

кь истин%, способность отстаивать свои и если

человвкъ проявилъ эти свойства, мы признаемъ въ немъ

брата, какъ бы ни были далеки его мысли и

отъ нашихъ собственныхъ

Чтобы доказать справедливость этихъ я

попрошу читателя мысленно перенестись всл%дъ за мною

льтъ за 200 съ небольшимъ назадъ, въ старую Москву

временъ царя Алекс%я Михайловича. Мы встр%тимъ тамъ

людей во многомъ намъ чуждыхъ. Страненъ ихъ языкъ.

Далеки отъ насъ ихъ интересы. Но это не манекены, а

живые люди, притомъ весьма повышенною духов-

ною жизнью, глубоко взволнованные идейной борьбой, въ

которой, вопреки общераспространенному взгляду,

не было недостатка ни въ ярко-драматическихъ эпизодахъ,

ни въ сильныхъ духомъ герояхъ.

Мы очень бы ошиблись, если бы представили себ

%жизнь московскаго общества при цар% замуро-

ванной въ неподатливыхъ рамкахъ стариннаго обычая.

Какъ разъ наоборотъ. Во вс%хъ областяхъ жизни шло

рвзкое Обычай утрачивалъ свое обще-

ственное было выбито изъ давнишней колеи. На

каждомъ шагу попадались новшества. Москва ки-

ШЬла иноземцами. Тогда уже существовала Н%мецкая сло-

бода, въ которой поздн%е Петръ получалъ первыя впеча-

отъ иноземнаго уклада жизни. Кром% нФмцевъ

Москва была переполнена поляками. Польское рв-

шительно господствовало, зам%тно отражаясь на обще-

ственныхъ нравахъ и умственныхъ интересахъ и самого

русскаго Опытный глазъ при первомъ взглядђ

на уличную толпу могъ опред%лить, какую силу усп%ла