— Да,я давно не 'ђла ничего, крошк хлеђба и воды.

Но ты, каж•ется, гостила у нашего номинальнаго

ха.на?

И вынул:.дена была б'ђжать, чтобы не умереть съ

голода—отв'Ьчала д±вушк.а.

Ну за то теперь накушаешься вдоволь. У насъ

слава Аллаху день приготовляется н'ђсколько сор-

товъ кушанья и все, замфть, мясныя. Нашь бой не лю-

бить жить по-цыгански. Но если онъ снова воцарится,

въ чемъ, конечно, никто изъ насъ не сомнтвастся, о.

тогда мы по прежнему будемъ приготовлять 40 разно-

родныхъ блюдъ.

Старикъ пристально осмотрЬлъ Кирьякулу, пощупалъ

оя плечи и талью и, оставшись повидимому очень до-

воленъ станомъ и дет;вы горъ, оставилъ ее

лакомиться. Но дальновидная Татка нашла ботве ра-

зумнымъ большую «часть изъ принесенныхъ ей

тутъ-жо поднести сб±жавшимся собакамъ и ничего почти

не взяла въ ротъ. Ей изв±стно было, что въ Крыму

часто прашгиковалось какое-то усыпляющее средство,

доставляемое въ Старый Крьпць изъ Аджома и

Индустана О'ГС'гавивъ займъ подносъ въ сто-

рону, она вышла на воздухъ. На этотъ разъ ей приш-

лось подслушать о новыхъ затЬяхъ Эминека противь

гироя. Во все это время ни единая душа не появлялась

на вершит; Хыръ-хыра. Молодая д'ђвушка снова сошла

въ подземелье и разложила огонь, чтобы осйтить мрач-

ную комнату и согр±ться. Въ эту минуту у ней впервые

забилось сердце. Она поняла, что злод±й разсчиталъ

явиться кь ней въ то время, когда приправленныя ку-

шанья его окажуть полное llMcTBie. Кирьякула ощу-

пала кинжаль свой и затФ,мъ, спус'гивъ его съ шнурка,

накинугаго на шею, перенесла въ кармань одежды своей.

„Онъ навТрно придетъ, когда BC'h заснуть—подумала

она—злодгђи всегда стараются казаться предъ другими

самыми благонравными людьми и ни за что не задавятъ

въ свидТ;гелой даже и мухи. Теперь я по-

ложительно улждена, что Менгли-гирей несравненно

честнеЬе и достойн'Ье этого бунтовщика, который ис'гре-

биль бы насъ вс±хъ, еслибы воцарился.