дачей, хотя бы знаменитаго Христа съ изъ Дрез-

денской галлереи, и попробуйте найти въ искусств% старо.мъ

или современномъ бол%е тонкую экспрессјю. Кто написал ь

глаза, такъ глубоко въ душу челов%ка, такъ ясно

что они все видятљ, все знаютъ, что проис-

ходить въ этой душе (Рис. 60, таб. VII).

Такая всесторонность, такая полнота, такая ц%льность ху-

дожественной личности могли получиться только при

природной и идеа.льной вн%шней обстановки.

Жизнь великаго протекала безъ безъ

тяжелой борьбы. Этотъ челов%къ, окруженный вс%мъ, что

даетъ счастье, живетъ, прежде всего, для своего искусства.

Весь свой умъ, свое большое 06pa30BaHie, свой ко-

лоссальный таланть вложилъ въ искусство, и его див-

ная, высокая, чистая душа такъ ярко, такъ полно глядитъ съ

написанныхъ имъ холстовъ.

дожилъ до глубокой старости, чуть ни до 90 л%тљ

но таланть его съ годами не дряхлћлъ. Его произ-

являются его шедеврами. Рядомъ съ высочайшимъ ма-

стерствомъ въ нихъ сквозить колоссальный темпераменть, ко-

тораго тао трудно ожидать отљ 80-л±тняго старца.

Изъ современниковъ я укажу Пал ь му Bekkio

(1480— 1528) и Себастьяно дель Пьомбо (1485—

1547). Но дель Пьомбо быль

въ Рим± и подпалъ подъ Рафаэля и Микель Анжело.

Его портреты часто см%шивали съ портретами Рафаэля.

Лоренцо Лотто (1480—1556) бол%е индивидуаленъ.

Въ немъ мало жизнерадостности, такъ присущей вс%мъ вене-

Онъ кажется меланхоликомъ среди этихъ блестящихъ

сангвиниковъ. Иногда онъ бол%е другихь а ино-

гда въ его картины закрадывается чувственность.

Это посл%днее свойство, а въ књкоторыхь его картинахъ

11

161