тив% и съ постепеннымъ рельефа кь заднему

плану, что даеть воздуха. По эти ба-

рельефы тоже напоминають живопись (m•ki0TT0

и др.). Въ тип% фигуръ везд•Ь преобладаеть характер-

наго и индивидуальнаго надъ красивымъ и стильнымъ, такь

что эта скульптура представляетъ гораздо бол%е

среднев%ковой, ч%мъ антикамъ.

То же я скажу и про другого великаго скуль-

птора Донателло (1386 — 1466). Онъ любилъ

и изучалъ антики, но о имъ не можеть быть и

р%чи. Везд% окружающей природы и современниковъ

выступаетъ на первый планъ. Такь же, какь у Гиберти —

характернаго, хотя бы и не красиваго, сразу обличаеть

продолжателя готической скульптуры, а не посл%дователя

античныхъ мастеровъ. Но у Донателло отсутствуетъ въ скуль-

птур% живописи, что ярко отличаетъ его отъ

Гиберти.

Еще мен%е античны портреты Донателло. Н%которые

изъ нихъ очень красивы, но красота зд%сь вовсе не

античная. Если есть связь между творчествомъ Донателло и

античностью, то она заключается въ томъ, что Донателло ста-

новится на истинный путь искусства, зав%щанный эллинами.

Онъ ищеть красоту, ищеть своего идеала въ окру-

жающемъ его Mip%, изучая людей, съ которыми онъ живеть,

но вовсе не пользуясь готовымъ типомъ красоты, созданнымъ

ранве греками. Этимъ посл%днимъ гр%шать

художники: и Рафаэль и Микель Анжело не изб%гнутъ этого

упрека. Воть почему фигура Донателло кажется особенно

крупной.

Въ голов% св. Донателло создалъ типъ юноши-

героя, юноши-поб%дителя. (Рис. 49 таб. У). На близкую

кь этому тему, поздн%е Микель Анжело изваялъ своего

134