— 578 —

слушателей своихъ, въ томъ числгЬ и меня, поэтизировать даже диффе-

и интегральныи .

Обь адъюнктЬ Васильев± Т. И. Селивановъ даетљ такой отзывъ:

„имевлъ природныя способности и по иво-

тимь частямъ. Овь крой архитектуры читаль алгебру, знакомь быль

съ физикой и но быль безпеченъ, часто не бываль на лекцтхъ

и архитектуру свою часто облекалъ въ забавныи формы“. Розальонъ•

говорить почти тоже самое: „архитектуру иреиодавалъ адъ-

ЮНЕТЬ Е. В. Васидьевъ, чело“къ остраго ума, боииотистъ, но упо-

треблю современный терминъ—довольво легкомысленный“. Другой ма-

тематикъ А. е. адгебру, и тригоно-

MeTpio, какъ преподаватель и чело“къ, по словамъ Розальонъ-Сошаль-

скато, „быль обожаемъ своими слушателями“. Физику, по словамъ то-

то же автора, читаль и хота заика, но читаль хорошо,

повидимому любилъ свою науку“. „Адъюнкть Крюгеръ, по словамъ Т. И.

Селиванова, быль роста небольшаго, наружности, нрава ти-

хаго. Много им±лъ профессорскихъ память,

npi}iTBEN, благозвучный толосъ, плавную какъ бы струйкою льющуюся

Р'Ьчьи. выдающимся профессоромъ изъ русскихъ на юриди-

ческомъ факультетЬ быль И. е. Впрочемъ несмотря на свои

онъ не отличался даромъ яснаго читаль

хотя красиво, но риторично, стремился кь вн•ћшнему эффекту. Т. И.

Селивановъ выражается о немъ такы „все у него было изысканное;

говориль всегда фразами, а фразы его были обдуманы, выработаны,

какъ бы выточены, вышлифованы и выполированы. ПриуЬрный, неподра-

жаемый педантъ! Такимъ слогомъ написаны были его ржи и его Но

съ каеедры читаль Р'Ьчи очень хорошо, декламировалъ пре-

восходно. Впрочемъ онъ звалъ языки и ии±лъ cB•hriiHiH

и вообще своимъ тономъ, своимъ оригинальнымъ взглядомъ на вещи и

вычурнымъ kpacHop•h'4ieMb всякаго на первый разъ могъ озадачивать“.

также подтверждаетъ, что быль красно-

рживъ. Т. И. Селивановъ приводить анекдоть, ТИМКОВСЕ,аго,

какъ преподавателя, котораго трудно было понимать. „Однажды, поздно

вечеромъ, п(ЕЬщаа камеры, ревторъ зашелъ кь сту-

ленту Сазонову, который зубриль права Ильи еедоровича Тимковскаго, и

не замТчая, что сзади его стояль читаль громко; наконецъ, огля-

нувшись, увид'Ьдъ ректора, и ректоръ говорить: „что, понимаете ли

Сазоновъ отв±чалъ: „понимаюИ. „А я, сказалъ ничего не понимаю,

ей Богу, ничего ве понимаю“. Нужно впрочемъ вспомнить, что наиы-

щенное риторическое было тогда въ мод•Ь и ве составляло