— 381 —

Кахтою и своею судьбою. Нога была переломлена. Мена от-

несли npoxozie въ противоположную вондитерсвую Тени. Я

ийлъ однавожь память послать въ Университеть съ изув-

CTieMb, со мной случилось, и что а не могу быть на

эввамен%, и прошу прислать во мнеђ Иноземцовац ж). Часа

три промучился Погодинъ въ вондитерсвой. Потомъ отвезли

домой, гхЬ „встфча съ своими была ужасная И 247).

Это случидось 16 маа 1844 года и, безъ со-

MHtHia, способствовало преждевременной вончинеЬ 6'Ьдной жены

Погодина, умершей, вавъ мы увидимъ, въ конц± того же

1844 года. с,амъ Погодинъ назвалъ 16 мая

1844 года „днемъ своего и начадомъ своихъ

д 248

или ). За четыре дня до этого Шевы-

ревъ писал Погодину: „Да успокойся же, не стыдно ли теб'

%тавъ себя разстрочвать?.. ВЬда та, что они не понимають

насъ: они не могутъ вникнуть въ возможность нашей раздра-

вительности—и не берегуть насъ. Поэтому мы должны бе-

вь себя дла семействъ нашихъ. Надобно остывать. Право

порад .

Между тЬмъ Погодинъ отдалъ себя на свн•о

друга Иноземцова. Страдальца „положили въ тиски, въ вар-

тоны“, и онъ принуждень быль пролежать восемь нехЬ.иь на

спить неподвижно. „Горе друљ!" писалъ Погодинъ съ своего

одра больни Максимовичу, „передомилъ себ'Ь ногу; дежу безъ

движета. Буди вола ы).

За вря божни Погодина сохранилось сл%дующее лю-

бопытное письмо его въ Иноземцову: „Прежде всего прости

иена, мой другь, за мою докуку. Чувствую, сколько досады

должны причинять теи подобныя письма при твоихъ много-

трудныхъ и разнообразныхъ 0HaTiaxb. Вчера быль ты тавъ

добръ, любезенъ, и а пос..“ твоего отыЬзда долго не могъ

нахвалитьса тобою. МнгЬ вазалось, что болвзнь моя вончилась,

а быль счастливь, вавъ будто бы совсФмъ здоровъ. П0'Ьлъ

Йскодьво спаржи, иренаго черносливу. Но посдв обеЬда

тотчасъ началось тосвоинье. Я желалъ, чтобъ вто-нибудь