36

ВЕНЕЦ 1 А н о В Ъ.

въ Петербурљ, познакомившись съ Эрмитажемъ и съ петербургскими худож-

никами, онъ себя всец%ло посвятить живописи; ' большой помощью

при этомъ ему зд%сь оказался самъ художникъ страст-

ный, близко кь жизни, который мољ имъ руководить въ

техническихъ не засушивая и не сбивая юный талантъ съ толку.

И сразу попалъ на в%рную дорогу: въ Эрмитаж% его не

прельщали великоАпные болонцы, премудрые французы, но онъ увлекся малень-

кими, скромными, полупрезираемыми тогда голландцами. Научившись отъ нихъ

мастерству, онъ, однако, не пытался, врод± какого-нибудь Дитрихса, д%лать то-же,

что они: онъ не принялся, никогда не видавши. писать старинныя

сценки, но, внимая сов%тамъ, какъ-бы доносящимся изъ ихъ картинъ, обра-

тился кь окружающему Mipy, сталь пробовать передать его на полотно.

Нужды н%ть, что сначала ему это удавалось на-половину, что его русск[е

парни скор%е были похожи на переод%тыхъ антиноевъ, а pycckie пёйзажи выхо-

дили совс%мъ такъ-же красиво закопченными, такъ-же ни на что живое не лохо-

жими, какъ фоны на фламандскихъ портретахъ,

въ немъ огонь,

предоставленный самому сеЯ, разгорался и поморь ему выбраться на новый и

вольный путь. Мало-по-малу все громче и громче въ его честной душ% разда-

вался голосъ, что такъ продолжать нельзя, что даже эти заимство-

— ложь, художественный развратъ, и явилось что и самые

живописи нужно черпать не изъ собраннаго другими богатства, но изъ

того источника, изъ котораго они сами почерпали, —изъ жизни.

Окончательно помогла ему выпутаться картина иностраннаго художника,

значен1е котораго теперь для насъ непонятно, но который въ свое время не

только у насъ, но и повсюду производилъ большое влечатлЫе. Въ 1820 г.

выставлена была въ Императорскомъ Эрмитаж% „Внутренность костела“, писан-

ная Гранё, и вотъ что писалъ самъ Венец\ановъ объ этомъ, своимъ курьёз-

нымъ, стариннымъ слогомъ: картина произвела сильное въ по-

нашемъ о живописи. Мы въ ней увид%ли совершенно новую часть

ея, до того времени не являвшуюся. Увид%ли предметовъ не по-

добное или точное только, а живое, не писанье съ натуры, а изобразившуюся

самую натуру. Увифти то, ч•Ьмъ насъ очаровывалъ въ декорац{яхъ велик1й ху-

дожникъ Гонзаго“... „Говорили, что фокусъ причина сего

что полнымъ свуьтозљ *) никакъ невозможно произвести сего разительнаго

предметовъ. Я рыиился потьаить невозмохность: у%халъ въ

деревню и принялся работать. Для уепљха въ это.нъ .инљ надобно было оста-

вить всљ.правила и манеры, въ Эрмитаж

%И средства Гранета открылись въ самомъ npocmo.1tb вить.

состояло въ томъ, чтобъ ничего не изображать иначе, какъ только въ натур%,

что является, и повиноваться еп одной, безъ призпъси .ианеры какого бы то

ни было художника, то есть, не писать картинъ й [а Rembrandt, [а Пи-

bens, но просто, какъ бы сказать la натура!“ Это было неслыханнымъ по

дерзости отказаться отъ „манеры“ и искать, точно 50 л•Ьтљ спустя,

т. е. почти въ наше время, мучительныхъ задачъ прямо, просто въ

природ±!

Избравъ такую дорогу, онъ вышелъ въ отставку, купилъ и“ньице „Са-

фонково•, въ Тверской удалился туда съ семьей и въ З Ать

прожилъ почти отшельникомъ, добиваясь нам%ченной задачи,

не останавливаясь ни передъ какими жертвами. Онъ *шился даже выло-

*) Это звучить такъ, какъ будто онъ зналт. уже формулу Манэ и Зола о plein air'%.