153

— Какъ! въ день моего пришда?

— да.

Н'Ьтъ, тысячу разъ Н'Ьтъ.

Да, и тысячу разъ да, я, обидввшись,

что онъ мнгЬ не

Мы оба надулись и прохаживадись по комна%.

Тутъ я ужъ ничего не понимала, отчего такъ убж-

день Л—хинъ въ нећозможноети Мишеля. Я

предчувствовала козни, но я не пыталась от-

гадывать и даже боялась отгадать, кто ихъ устрои-

ваетъ; я чувствовала себя опутанной. связанной по

рукамъ и по ногамъ, но кгьмъ?...

Вошла Марья Васильевна и мы погЬхали на балъ.

Лермонтовъ ждалъ меня у дверей; протанцовалъ

со мной двв первыя кадрили и, подъ предлогомъ ка-

кого-то скучнаго вечера, уЬхалъ, обгЬщаясь возвра-

титься кь мазуркгВ. Съ его минутнымъ 0TcyTcTBieMb,

какъ глубоко поняла я стиха графа Рессегье:

Le bal continuait, — la f&te n'6tait plus!

Онъ сдержалъ слово и возвратился на балъ, когда

усаживались кь мазуркВ. Онъ быль веселъ, шутливъ,

говоридъ съ восторгомъ о своей неизмвнной любви и

повершидъ тьмъ, что объявилъ, что онъ очень сча-

стливъ.—А вы? спросишь онъ меня.

— Я, такъ себВ, по прежнему.

Вы продолжаете начатое?

Лучше сказать, я останавливаю не начатое.

Онъ улыбнулся и съ чувствомъ пожаль мн'ь руку

въ тургЬ.

Что Л—хинъ? спросилъ онъ.

Ждетъ! отвгЬчала я. Но скажите- же, monsieur

Michel, чтд мнгв двлать? Я въ такомъ неловкомъ,