586

ХУИ ВПВЪ.

литическимъ дагеряиъ, враждебныиъ между собой во всей

сововупности воир'ВнЈй и cTpeueHiA.

— Имъ потомъ стали

поддакивать и В, которые не имЬи нивакой политической

и не заммии ея въ Гоголя,

воторые думади тольво объ дая искусства. И воз-

нивъ у насъ свой собственный, свороспвдый Гомерь, который

и саиъ повгьригь тому, что онъ Гомерь, и стал называть

свои не очерками, не юмористическими эскизами

или шаржами, а поэмами. На читающую пубдиву все это пр-

изводило неотриииое $lcTBie, и она пронивлась безиЧныиъ

YBueHieMb ко всПъ этимъ «поиамъ». ПИствительно со-

ставдяди ди неа что-то въ родв того, “мъ быди ддя древ-

нМшаго, до-кудьтурнаго грева Гомера, и мя маго-

метанина первыхъ адворанъ. Въ нихъ вид'Вли всю

мудрость, которую нужно быдо знать человгьву•, тавъ что су-

ихъ дШио бездомными вниги и ихъ

можно было сжечь по примру бибјтви.

Каждая строчва Ревизора и Мертвыхъ душъ, кажется, была

выучена наизусть. дица быди анавомы важ-

дому «чеиовгВку сорововыхъ годовъ» и вачада пятидесятыхъ,

вакъ его 6H3kie родные, вавъ иены его семейства. Bcazil

знадъ не только Хаеставова юи Ноздрева и Коробочку, но и

ихъ лавеевъ и кучеровъ, знал имена и свойства всвхъ ввар-

тыьныхъ надзирателей въ РевизорЬ вс•вхъ совмвивовъ гу•

бернсваго въ Мертвыхъ душахъ, анал вакъ ввать

ту старуху, которая «сама себя высМда» (эта острота счи-

тиась ва гервудесовы столбы ocTpoyMia и пес plus ultra по-

литической сатиры). И уже иного посл любители

десяти словъ не иогии сказать, чтобы не упомянуть о Хлеста-

вовћ Тентетнивов'В иди КопМвингв и даже о Пе-

и Это считалось признакомъ 06pa80BaHia,

бдаговоспитанности и хорошаго тона. Тоже самое ежеминутно

встр•вчалось и въ печати: ПоКойный Ив. Аксавовъ до конца

жизни, развивая какую-нибудь мысдь, приводидъ въ свиптеи

иди Хдеставова, или Манидова, иди другихъ героевъ «поэты

Гоголя.