его среды. Онъ передаетъ не одну вн%шность, не только кра-

сивое или занимательное изъ окружающей жизни, онъ всегда

ищетъ момента, HacTpoeHie, душу изображаемой

сцены. Это не холодный наблюдатель, а челов%къ, глубоко

и то, что онъ пишетъ, и тЬхъ, кого онъ изобра-

жаеть. Не въ искусств% народныхъ сценъ,

деревенскихъ праздниковъ, портретовъ разныхъ лавочниковъ

и пьяницъ, но совершенная новость— такое трактован1е ихъ,

какъ мы это вид%.ли у Брюгеля. Большая часть жанристовъ,

и раньше Брюгеля жившихъ и его современниковъ и поздни-

шихъ и такъ называемаго высшаго класса,

изображающЈе жизнь классовъ низшихъ. Среди художниковъ

есть аристократы, для которыхъ представитель низшаго класса,

крестьянинъ — курьезное, грязное существо, надъ ко-

торымъ можно посм%яться, на котораго можно подивиться, кь

которому можно испытывать интересъ или жалость. Есть среди

нихъ и такъ называемые народники, народъ

и его въ прим%ръ развращеннымъ высшимъ классамъ.

Первые (аристократы) глумятся надъ народомъ,

— вторые гово-

рять о немъ неправду. Ни ни другје не знають и не лю-

бять его. Брюгель, человТ,къ, проникнутый глубокой любовью

кь челов%ку вообще, тонко проявлен1я чело-

в%ческой личности, является истиннымъ художникомъ-демокра-

томъ въ лучшемъ смысл% этого слова. Онъ изображаеть сцены

крестьянской и м±щанской жизни съ любовью кь изображае-

мымъ лицамъ, съ глубокимъ 3HaHieMb народа. (Рис. 70, таб. [Х.)

Онъ ищетъ красоту, поэзЈю и смыслъ въ самой народной

жизни, а не идеализируетъ ее, не поддЊываеть ее подъ кра-

соту жизни богатыхъ классовъ. Изображая пьянаго, Брюгечь

не заставляеть челов%ка кришияться и см%шить публику. Вы

по глазъ и губъ видите челов%ка и

вовсе не см%хъ, не вызываеть въ васъ это лицо.

12

177