тивоположное классикамъ привело вовсе не кь проти-

воположнымъ результатамъ.

могло припи только съ зам•Ьной изучен{я чу-

жого искусства природы, съ зам%ной

чужому, своего.

Ни того, ни другого назарейцы не Отказавшись

отъ постояннаго строгаго природы, они, естественно,

впали въ подражан1е своимъ любимымъ мастерамъ, и ви•Ьсто

подд±лки подъ античные барельефы появились и не-

умжлыя итальянцамъ дорафаэ.левской эпохи. Это,

конечно, шаљ отъ ложноиассицизма, но шагъ не впередъ, а въ

сторону.

Правда, назарейцы опять взялись за краски, отказавшись

отъ одного сухого картоннаго стиля, но ихъ краси

не им%ютъ никакой ц%ны, а въ области формы зам%на изу-

мастеровъ формы — грековъ художниковъ,

бол%е слабыхъ въ рисунк•Ь, не подвигало, конечно, д%ла впе-

редъ. Единственный тлюсь новаго это зам±на подра-

скульптур% въ живописи живописи же, а

главное искренности и чувства въ творчество

Назарейцы оставили много слабыхъ картинъ

и сь философской подкладкой, и н•Ьмец-

кихъ писателей. Овербекъј Шноръ и др. такь и остались в±р-

ными тому по которому искусство не могло дви-

гаться.

Но изъ этой назарейской школы два

одно—мертвое, приведшее кь академизму, кь Вильгельму Кауль.

баху и уничтожившее само себя, другое— живое, сум%вшее

угадать духъ н%мецкаго направить искус-

ство на настоящую дорогу, найти зав%ты великаго прошлаго

германскаго искусства и продолжать его. Это изв%ст-

ное подъ Ha3BaHieMb Н±мецкаго романтизма, довело искусство

245