— 267 —

самыхъ блестащихъ его представителей. Онъ, и въ диц'Ь его

„значитедьнаа часть мыслящихъ людей въ 0'љ имени

воторыхъ овь говорить, сами ужаснулись этой съ

воторою они до сихъ порь шли вмВсй. Должно быть, дђло

зашло уже СДИШЕОМЪ дадево, когда чувствуютъ себа

вынужденными отказаться отъ бывшихъ своихъ единомышлен-

нивовъ! Доджво быть, становится вритичесвимъ,

вогда изъ груди этихъ лучшихъ вырываютса подобия при-

3B8Hia объ тфхъ, которые стоади съ ними въ одвомъ дагерВ.

Не думайте, чтобы а преуведичивадъ. Въ высшихъ круж-

вахъ отъ письма вашего въ восторй. „Леберальввл

napTia Тлилась ПОЕОНЧИТЬ и разорвать съ револю-

“ ,—вотъ стереотипная фраза, воторю ваше письмо

прийтствують въ дворцахъ и высшихъ административныхъ

сферахъ. Этого ди вы хотьи, Борись Николаевичъ? Един-

ствеввый упревъ, который вамъ есть тотъ, что вы

не представили вашего прекраснаго и благороднаго письма,

до его на Правительства: оно бы не-

прейнно одобрило—письмо такъ хорошо — но испросить

разрТшете все таки ейдовадо. Отзывъ этотъ идеть отъ

кназя Долгорувои. И они правы. Письмомъ вашимъ вы ова-

зали ииъ существенную услугу. Такой помощи и поддержки

они, вовечно, не ожидали. Письмо ваше неопровержимый до-

вументъ, •на воторый они съ торжествомъ и гордостью мо-

гутъ ссылаться теперь при своихъ фей.

Я понимаю, что можно ве соглашаться съ противнивомъ,

наговорить ему самыхъ жестокихъ вещей; а допусваю воз-

можность, разорвавши съ napTiet, которая идетъ сЛишвомъ

далеко, высвазать противь нен которое, собственно

говора, по бывшимъ близвимъ моимъ въ ней,

а не доиенъ бы высказывать. Что дВлать?

эт—трагичесвое Тутъ сталкивается общественное

благо съ моими личными обязанностями, и я могъ предпо-

честь первое посл'ђднимъ. Но я спрашиваю васъ: думаете ди

вы серьезно, положа руку на сердце, что Герценъ предна-