250

новь и тоже бросали въ огонь; клали въ него саламатъ и

выливали на него масло. По этого обряда начи-

нали пить вино и тарасунъ и ±сть мясо и саламатъ.

присутствующ;л женщины, какъ распорядительницы обряда

.,милага", держали пхарха” или и •подавали гостямъ

вино и тарасунъ; мужчины на этомъ праздник± являлись

какъ бы гостями. Когда Вда и питье приближались кь концу,

подъ BJIiHHieMb выпитыхъ напитковъ общество становилось

оживленнымъ, говоръ и шутки становились непринужден-

ными. Въ это время женщины ставили около двери карауль

изъ старухъ и пожилыхъ женщинъ, которыя должны были

не выпускать никого изъ юрты. Молодые мужчины, хорошо

зная, что имъ утрожаетъ, старались выбраться изъ юрты

заблаговременно, пока еще не поставленъ карауль.

Кто проз±валъ моментъ, того уже не выпустятъ и надъ

нимъ свершится грозный судь старухъ. Когда карауль по-

ставленъ, женщины распорядительницы брали особую посуду,

клали туда масло и сажу съ котла и м±шали; получалась

черная мазь. Когда мазь готова, молодыя женщины и хЬвицы

выходили изъ юрты, а старухи и пожилыя женщины брали при-

готовленную мазь и сначала мазали ею лицо самой старой ста-

руки; это хЬлалось, чтобъ показать, что судь не лицепрЈятенъ,

никому не д±лаетъ пощады- Потомъ макали въ эту мазь

свои руки, бросались на отца новорожденнаго и мазали ему

лицо и тфло•, если онъ сопротивлялся, то женщины такъ

расходились, что разд±вали его и вымазывали ему все ттло;

когда его оставляли, вымазанный сплошь, онъ од±вался.

Потомъ женщины приступали кь другимъ мужчинамъ и ма-

зали вс±хъ безъ разбора. Благоразумные мужчины не ока-

зывали сид±ли смирно и тогда женщины огра-

• ) Хаба— сосудъ.