ВТОРОЙ ПЕРЈОДЪ.

ИСТОРИЧЕСЮЙ.

Отъ Константиномъ Великимъ (312 г.)

до Константинопольскаго собора въ 842 году.

обнародовавное Константиномъ Великимъ въ 312

и 323 годахъ, произведо pj3kitt передомъ не только въ воззрвнт на искусство,

но и въ самоиъ искусств•в. столицы на востокъ, въ Царьградъ,

еще бод'Ье очертило грань, поставленную теперь между первоначальнымъ

и рождающимся искусствомъ. kinkel справед-

ливо замвчаеть, что Константинъ не безнауьренно перенесъ свою сто.

лицу и всей далеко на востокъ. Не onaceHie отъ вар-

варовъ побудило его еще бол•Ве приблизиться кь нимъ, не отъ

язычества, еще столь сильнаго и столь при самомъ могло

его побудить кь такой М'ВР'Ь. Причину этого p•h111eHiH надо искать во вну-

тренней политикећ. ВВра, пришедшая съ Востока, нравы, обычаи и даже во-

сточныя одежды давно уже проникли въ римскую и вдекди за собою

восточное Формы Константинъ, который стремидся вво-

дить эти восточныя понятП1 во всеВхъ частяхъ своего долженъ быль

желать приблизиться кь Востоку, чтобы легче олицетворить свои HawbpeHiH.

Онъ понималъ, что на Восток'ћ олицетворялась идея единства, между т•ћмъ

какъ на Западеь сохранилось еще кь индивидуальности. Это по-

степенное съ Востокомъ и постепенное отъ Запада, такъ

ясно высказанное при Константина, всец%ло отразилось въ искус-

ств%, въ томъ отличительномъ стид•ћ, который прозвали византйскиш.

Самое np113HaHie втЬры впервые отозва.дось въ терпимости

кь (Уть прежнихъ произнесенныхъ первыми от-

цами церкви, сохранилось чувство осторожности при

для Эта осторожность постоянно руководила художника

и не покидала и пастыря церкви. Часто даже эта осторожность переходила

въ явную боязнь и отъ того носила въ себ•Ь зародышъ будущаго иконоборства.

()cH0BaHie новой столицы на краю у Востока, домно

было совершенно измфнить древнее B033ptHie на самый Востокъ. Кт, тому

въ особенности способствовала в•Вра.