народу суждена будущность, если онъ не призравъ, то онъ

долженъ ийть одинъ языкъ, навой бы то •ни было, одну ци-

навь бы ни были разнообразны его элементы. Въ

имомъ Д'ЬдТ, если вы (Атуете на теперешнее нашей

если вы недовольны нашей нард-

ности, старайтесь ивйнить ихъ кь лучшему, но им±йте въ

виду интересъ фаго, а не дьайте попытовъ кь его растор-

о дурного и недостаточнаго луч-

тимь и совершеннНшимъ, создавайте, если хотите, новый

Русстй азывъ для Русскаго народа, и склоните вскъ насъ

говорить на томъ Руссво-Польсвомъ которое, всл'Ьд-

CTBie несчастныхъ историческихъ обстоятельсгвъ, образовалось

въ Все то, по всей Ароятности, окажется

смгЬшнымъ и наивнымъ, эвщентрическимъ и сумасбродымъ,

но все это несравненно предпочтительн'ђе ПОПЫТОЕЪ созда.ть

рядомъ съ Руссвимъ азывомъ еще другой языкъ, ра-

донь съ Руссвимъ народомъ создать еще другой

народъ.

Воть смыслъ нашихъ первыхъ съ украйнофи-

лани. И что же? Кюстомаровъ ргЬшилсн сослатьс.я на тогдаш-

Hia статьи наши, чтобъ уличить насъ въ съ са-

мимъ собою и почерпнуть въ нихъ аргументъ для себя! Онъ

приводить наши слова, выхваченныя отрывочно, объ

номъ азыкь, оторый, равно вакъ и

прока не ийетъ. Что же? мы и теперь это думаемъ. Мы не

хотьли тогда, не хотимъ и теперь, чтобы языкъ въ

быль только азывомъ; вакъ тогда

мы хотьли, такъ хотимъ и теперь, чтобы языкъ вс%мъ

Русскимъ людямъ, вань на йвер±, тавъ и на югђ, быль свой,

родной язывъ, а не Намъ была прискорбна мысль,

что обстоятельства нашей дозводають еще н±Е0-

торымъ шодямъ помышдать о особаго MuopocciicnI'0

языка. Мы сожа.%ли, что жизнь, высказывающаяся на Рус-

свомъ еще не тавъ сильна, чтобы уничтожить подоб-

ныа попытки. Точно такъ же теперь, навь и тогда, считали мы