ПЯТАЯ л Е к ц т я.

93

исходить лишь отъ обстоятельствъ, отъ окружающей природы, отъ отно-

шенјй собственности и правовыхъ нормъ, охраняющихъ эти но

это не есть личнаго господина, которому такъ чувстви-

телевъ свободолюбивый чело“къ; это не власть проявляющейся з$сь авто-

рьтетной и суверенной лишь сила обстоятельствъ, покоряться ко-

торой человж•ъ, кань существо, обречениое на борьбу съ природой, уже на-

учился и кь которой овъ, какъ существо общественное, очень легко

привыкаетъ.

Эту власть общественныхъ онъ только тогда начинаетъ

считать невыносимой, когда, какимъ бы то ни было путемъ, узналъ, что

она не неизм•Ьнна, что ее можно измј;нить, если не волей отдюьнаго чело-

то хозяйственной или государственной волей общества. Такъ назы-

ваемые вопросы, въ особенности же вопросы стјальные во

всей ихъ сложности, обыкновенно впервые подымаются, впервые пересту-

пають порол обществепнаго въ тоть моментъ, когда люди пола-

гаЮТ'Ъ, что нашји на ни.хъ отлты. До этого нвтъ «никакого вопроса» въ

томъ, что нужно подчинятВся необходимости какъ естественной, такъ

экономической. Поэтому ть совершенно правы, кто утверждаетъ, что со-

политика является не только программой для collia.lb-

ныхъ вопросовъ, но также программой политической которая сама

создала вопросы тВмъ, что провозгласила ихъ разрВшимость.

Безъ о раз1Њшимости вопроса его самого быть не

можетъ. А такъ кань утописту вопросы кажутся разОиимыми, то онъ

постоянно ставить вопросы, видить вездВ проблемы, гдеЬ со-

реалистъ ихъ не можетљ или не хочеть за“тить.

Конечно, onp(A'bJWBie и постановка проблемъ являются

несомнећнной заслугой. Я далекъ отъ того, чтобы стать на сторону наив-

наго реалиста, думающаго, что всо обстоить благополучно, иди на сторону

трусливаго филистера, желаю:цаго отд1;латься отъ возможныхъ во-

просовъ. Но все же я хотвдъ бы особевпо от“тить, что въ

вопросовъ, при слишкомъ широкомъ объ ихъ за-

ключается немаловажная опасность, и что утопистљ съ его

радикальными всмъ проблемъ также всегда представляетъ собой

опасность.

Лучшей противь постановки излишнихъ, своей не-

разопимоети, вопросовъ является, безъ свобода. Кто

чувствуеть себя совершенно свободнымъ, тотъ уб%жденъ, что все можетъ

сд1;лать, за лишь невозможнаго, и въ неспособности своей или

другихъ политически-свободныхъ людей ра$шить проблему онъ видитъ

ея нераз[Њшимости вообще. Въ томъ и заключается великое зна-

свободы, что она м1;шаетъ намъ предаваться неисполнимымъ мечтамъ.

Вся1Јй утопизмъ им1;етъ своииъ источникомъ чувство, что