118

М. И. СУХОМЛИНОВА, А. Н. РАДИЩЕВЪ,

о РадищевеЬ и его должна быть разсматриваема

въ связи съ статьями о Полевомъ и объ его русскаго

народа. Въ Радищей — говорить Пушкинъ — отразилась вся

Французская ФИЛОСОФВТ , его веЬка, взгляды Вольтера, Руссо,

Дидро, Рейналя, но все «въ нескладномъ и искаженномъ вищЬ.

Онъ есть истинный представитель Нейже-

схвенное npupiHie ко всему прошедшему, слабоумное

передъ своимъ йкомъ, слгЬпое кь новизн'Ь, частньш,

поверхностныя суВдеЬ1йя, наобумъ приноровленньш ко всему»

и Т. д. Указанные Пушкинымъ признаки только

прим'Ьнены кь Радищеву, а списаны они съ другаго, ботве совре-

меннаго образца. Отзывы Пушкина о Полевомъ въ такомъ родгЬ.•

«Г. Полевой сильно почувствовалъ достоинства Баранта и Тьерри,

и принялъ ихъ образъ съ неограниченнымъ 3HTY3ia3-

момъ молодаго неофита. Онъ очень забавно пародировалъ Гизо

ц Тьерри. Въ его картины, мысли, слова, все обезо-

бражено, перепутано и затемнено. Онъ ничему не хотВлъ поря-

дочно учиться. Логика казалась ему наукою прошлаго вЫ,

недостойною нашихъ просуЬщенныхъ временъ. кь

именамъ, освященнымъ славою — первый признакъ ума прос-

в±щеннаго; позорить ихъ дозволйется токмо в%треному нев#

жеству. Историкъ, добросовеЬстно разсказавъ

выводить одно вы „другое, г. Полевой

— никакого»

и т. д. 1). При этомъ невольно вспоминаются слова другаго про-

тивника Полеваго, князя Вяземскаго: «См%шно, когда

историкъ передразниваетъ наобумъ, наугадъ соображе-

и языкъ Гизо или Тьерра; когда онъ кроить нашу

по чужимъ выр%зкамъ, привыкнувъ въ своемъ журна-

листа одыать насъ по парижскимъ покроямъ» и т. д. 2). Самъ

Пушкинъ даетъ ключъ кь того взгляда на Радищева,

1) А. С. Пушкина. 1882. Томь V, стр. 81, 95, 83, 116, 79, 80.

2) Полное c06iaHie князя П. А. Вяземскаго. гра•а

С. Д. Шереметева. 1879. Тоиъ П, стр. 164.