— 369 —

стовратъ и завоеватель въ дуть попалъ подъ власть смирнаго

и равнодушнаго въ своему плебея, и того именно

плебеи, котораго эт•отъ злосчастный аристовратъ считалъ себя

Авогда призваннымъ взать подъ начало и оболванить

по-своему. Воть въ чемъ, навь мнеђ валети, главни при-

чина трудности и ненормальности нашего въ ПольМ,

а не въ простомъ M8TepiaJbH0Mb фам владычества надъ чу-

жимъ народомъ. и ABerpia владытљ пресповойно не

малыми частями Польской земли, и никто не нахоџть грого

неестественнымъ; даже ПОЛЯЕИ сами несравненно хладнокров-

Йе относятса въ неспрацливости Пруссваго и

владычества надъ ними, велели Русскаго, несмотря на то,

что народности, кань извЬстно, во сто разъ

хуже въ Познани и чтђмъ въ Царсгй ПОЛСЕОМЪ.

ДЬо въ томъ, что нгђмецъ въ глазахъ поляка далеко не то,

что москаль; это такой же господинъ, навь ПОДЯЕЪ, а не пле-

бей; 1итодинъ другой породы, а не недавно казав-

безталаннымъ и ничтожнымъ, брать въ родной семь“ .

Существенная причина, —повтораеть Гидьфердингъ,— „по-

чему Русское владычество кажетса Полавамъ невыносимымъ,

та, что туть плебей властвуељ надъ что паю

или челойкъ, годнымъ быть цаномъ, чув-

соуељ себя подчиненнымъ народу мумвовъ и су-

причина та, что мы остались тьмъ, Ч'\мъ были,

по Хомякова, въ старину племена,—

плебеями челойчесгва, а Поляки, пропитавпж,я духомъ За-

падно-Европейсваго аристократизма, должны теперь вступить

подчиненное въ намъ .

Если въ самомъ Гильфердингь,—намъ

ничТмъ нельзя упрочить за собою Царство Польсвщ если вамъ

не остается другого выбора, вавъ АЧНО держать Польшу силою

или покинуть ее, то, конечно, свое

Отечество, желалъ бы только вихђть минуты,

вогда это посл%днее могло бы быть исполнено. Мы понимаемъ,

что теперь, пос.тЬ Поляковъ на наши войска, нос.“