— 399 —

Великимъ въ выбор% для себя аскетической жизни, по

всей въроятности, были мотивами и всЬхъ аскетовъ.

Картина жизни, проводимой среди дикой, суровой пустыни,

среди всевозможныхъ и трудовъ, представляла

слишкомъ контрастъ съ жизнью и должна

была сильно д%йствовать на благочестивыхъ

душъ. Зат%мъ въ аскетовъ нВтъ пессимистическаго

кь жизни, взятой въ ея принцип%. Если въ ихъ

напр. св. 1оанна Л%ствичника и др. встр%чаются

нвкоторыя мвста, какъ бы недовольство зем-

нымъ MipoMb и его, то они направляются не на

самое Mipa и его жизнь, но им%ютъ въ виду

гр%хъ, въ Mip%, но отнюдь не самый MiPb въ

самомъ его и въ основномъ принцип% его жизни и

Кь гр%ху и злу аскеты относились диствительно

съ величайшею строгостью, но ненависти кь Mipy не про-

пов%дывали, какъ пишетъ г. Энгельгардтъ.

Г. опред%ляетъ аскетизмъ, какъ особенный

родъ психической болвзни, симптомы которой правильною

своею напоминаютъ запойное пьянство 07).

Причинами аскетизма г. ёчи-

таетъ: недовольство какого-бы то ни было

рода: семейнаго, гражданскаго, экономическаго,

вс%ми благами жизни. Аскеты, по его MH%Hio, шли противь

природы, совершенно истощая нервную систему 28). Сообра-

г. Скабичевскаго, зав%ты в%ры

Христовой, подвергнуты разбору въ журнал% „ВВра и Цер-

(кн. IIl за 1901 г. стр. 481—504). который мы

ковь ”

вкратц% и представимы

27) „Руск. Мысль“ 1900 г. Х. недугь въ томъ заключается,

пишетъ г. что правильная см%на и отдыховъ различныхъ

нервныхъ системъ пренебрегается: челов±къ воображаетъ, что онъ способенъ безъ

отдыха и перерыва отдаваться однимъ высшимъ духовнымъ въ кото-

рыхъ видитъ существенную ц±ль своей жизни. Въ результат± такой односторонности

и является, вм•Ьсто разумно-правильной и спокойной смеЬны работъ различныхъ

нервныхъ системъ. непроизвольно и необузданно безумные взрывы то

одной, то другой системы, кь истощенпо и разстройству нервной системы “

(„Русск. Мысль“ Ж, стр. 33).